Максим Соколов
российский журналист
обозреватель ВГТРК и журнала «Эксперт»
многолетний обозреватель еженедельника «Коммерсантъ»

WIKI
FACEBOOK

«Мое главное перед вами преимущество,
уважаемые товарищи,

в том, что не будучи верующим иудеем,
я не занимаюсь переобустройством синагоги».

 


Шабат шолом!
В пятницу после захода солнца по телевизору не кажут политические ток-шоу.
Так ведущие демонстрируют похвальное следование четвертой заповеди.


Идейные нам не надобны

Нынешняя модель общественной дискуссии, когда на трибуну выпускают либо людей, без лести преданных любой последней инициативе правительства, либо горячих и безоглядных патриотов заграницы, т. е. нам предлагают на выбор волну и камень, стихи и прозу, лед и пламень, но прочего ни-ни, — эта модель вполне работает. It works.

Причина работоспособности модели в том, что хотя власть в виде ли номенклатурной ряжки, в виде ли сислиба не вызывает особой симпатии, но коллективное «Эхо дождя» вызывает реакцию «Свят-свят-свят, с нами крестная сила». После чего, понимая, что несправедливость лучше беспорядка, граждане хранят лояльность действующей власти, хотя уже не ждут от нее ничего хорошего.

Непреходящая ценность нашей непримиримой оппозиции, ценность побуждающая власть к необъяснимой, казалось бы, снисходительности к уязвляющим ее и кусающим, заключается в том, что с такими врагами никаких друзей не надо. Тем более идейных, искренно преданных престол-отечеству.

Более того, такие люди не только не нужны в рамках описанной двухтактной модели – и зачем же умножать сущности без необходимости? — но и прямо вредны.

Ибо допустить на трибуну людей, говорящих простые вещи, имеющие смысл, причем говорящих такие вещи спокойно и без истерики, значит подвергать себя серьезному риску. Может образоваться точка консолидации вменяемых людей, а публике, причем не только простой публике, но и нотаблям может – horribile dictum – понравиться идея умеренного консерватизма в рамках законности, как альтернатива нынешнему обрыдшему меню из двух блюд.

Этого допустить никак нельзя, и поэтому никаких поблажек для консервативной мысли не предвидится.

Что делать? Тут ничего нельзя предложить кроме терпения и времени. Не оставляйте стараний. И помните, что когда-то именно вам придется услышать

«Друзья мои, вы оба мне опора,

Чтоб вывесть край из горя и позора».

Претерпевый до конца спасен будет.


Антагонизьм
«Нет конфликтов, которые нельзя решить, но то, что происходит между нами и россиянами, — это вопрос нашего существования, это экзистенциальный конфликт, то есть он абсолютно отличный от того, когда идёт борьба за что-то другое», — сказал министр Климкин на форуме «Ялтинская европейская стратегия» в Киеве.
https://ru.rt.com/bvy3
Простодушный Н. С. Хрущев, который сломал бы язык, выговаривая слово «экзистенциальный», формулировал проще: «У нас только маленькое противоречие по земельному вопросу: кто кого в землю закопает».

 



«Пидор гнойный и вонючий,
Что ты гонишь стаей тучи
И военны корабли
К берегам моей земли?
Где живем мы понемножку,
В частности, вот я живу.
На одну хромаю ножку,
На другую голову» (С)

ссылка


Вместо чуждого слова «фейк» есть добротное древнерусское «блядь». См. хотя бы протопопа Аввакума. Соответственнно, следует писать не «фейковые», но «блядские новости».


Золотой Зильбертруд
При поиске в ютюбе песни про золотой Иерусалим наткнулся на видеолекцию Д. Л. Быкова «Высоцкий как еврей». Много думал, но нажать на ссылку поопасился.



Розовые и упитанные
Как-то моя матушка заметила про фильм «Место встречи»: «Уж очень у всех свежие лица». Тогда как в Москве 1945 г., которую она помнила, лица были серые от недоедания. Причем Говорухин очень старался передать дух времени, но невозможно же загримировать всю массовку. Опять же отсутствие инвалидов в массовке etc.
Вспомнил ее замечание, когда посмотрел фотографии со съемок «Праздника». Выдающаяся сытость и ухоженность всех лиц. При том, что в реальности даже Жданов и Кузнецов были не больно розовыми.
Общая проблема синематографа – и тем не менее.


Микологическое

Бывшая порноактриса, ныне борющаяся с тиранией, рассказывает о детородных принадлежностях президента США (он же — тиран): «У него необычный пенис. Его головка похожа на шляпку гриба — на поганку».
Я в отличие от актрисы, не вступал в плотскую связь с президентом США и даже в натуре его не видел, однако бледная поганка так и называется в ботанической номенклатуре «amanita phalloides», т. е. «мухомор хуеподобный». Вероятно, не только гениталии президента США вызывают микологические метафоры.

ссылка


Переходим к водным процедурам
«У переехавшей в Великобританию семьи Бориса Минца, бывшего владельца O1 Group, появился собственный гостиничный бизнес: возглавляемая старшим сыном Минца ​компания стала владельцем спа-отеля неподалеку от резиденции принца Гарри».
https://www.rbc.ru/business/03/10/2018/5bb344219a794759fcc2d677
Вот сколь велика польза от негосударственных пенсионных фондов.



Спортивные травмы давних времен.
«Документ президиума политбюро ЦК КПСС: «О товарище Засядько. Товарищ Засядько вышел из запоя. Назначить товарища Засядько министром на Украине».


Слово к «Эху».

Мы за всё хорошее, против всей хуйни,
С каждым днём всё больше нас, а вы всё одни.
Разумом вы брошены, вам уж не понять,
Кто за всё хорошее, тех не наебать!

 


ТРИ ВЕСЁЛЫХ ДРУГА

Мрачного гения согласно копытили три светлых гения, во всем остальном сильно расходящиеся меж собой.

А. Б. Чубайс: «Я перечитывал Достоевского в последние три месяца. И я испытываю почти физическую ненависть к этому человеку. Он, безусловно, гений, но его представление о русских как об избранном, святом народе, его культ страдания и тот ложный выбор, который он предлагает, вызывают у меня желание разорвать его на куски».

В. И. Ленин
: «Явно реакционная гадость, подобная «Панургову стаду» Крестовского («Бесы. — М. С.), терять на нее время у меня абсолютно никакой охоты нет. Перелистал книгу и швырнул в сторону. Такая литература мне не нужна, — что она мне может дать?.. На эту дрянь у меня нет свободного времени».
О романе малороссийского автора Винниченко: «Архискверное подражание архискверному Достоевскому».

Д. Л. Быков
: «Вот не считаю я его главным мыслителем России. И больше того — мне кажется, что он один из самых вредных, опасных, мрачных российских мыслителей, которые на самом деле вовсе не выражают российскую идентичность, а просто предлагают наиболее мрачную, садомазохистскую версию её; человек, который свою душевную патологию выдавал за национальную черту».

Всех их, натурально, корежит. Действительно, жестокий талант.

ссылка


К лозунгам типа «Не бросай баранку, Путин!», «Путин рулит», «Если Путин за рулем, то будет все путем» имело бы смысл добавить заголовок из газеты «Правда» 70-х гг. — «300 тысяч километров не пердел!».

19.02.2012.



«Еб твою мать, блядь, на хуй! Сколько можно матом ругаться!» (С)
«В Роскомнадзоре введены штрафы для сотрудников за употребление ненормативной лексики. Об этом в эфире телеканала «Россия 24» сообщил глава ведомства Александр Жаров.
«Мы у себя в Роскомнадзоре порицаем сотрудников за использование ненормативной лексики, у нас есть специальная касса, в которую мы вносим обговорённый между нами штраф, абсолютно добровольно, по рублю за каждое нецензурное слово. За последние четыре года количество мата в нашем сообществе уменьшилось», — цитирует Жарова РИА Новости».
https://ru.rt.com/997l
А столичное дворянство в двенадцатом году так собирало штрафы за употребление французских слов. Вероятно, оттуда и пошло «Пардон май френч».

ссылка
душераздирающее полотно: http://finbahn.com/вася-ложкин-россия/


Между освободителем А. А. Навальным и освободительной газетой «Ведомости» произошла ужасная распря, сопровождающаяся бранными словами.
 

Формальная причина распри заключалась в том, что газета не поспешила немедленно растиражировать очередное разоблачение, произведенное А. А. Навальным, а будучи спрошенной о причинах такой подозрительной нерасторопности, отвечала, что прежде, чем публиковать разоблачение, ей нужно разобраться в вопросе и произвести фактчекинг. Ответ, смысл которого заключался в том, что не все, исходящее от народного борца, является истиной в последней инстанции и проверка необходима, привел борца в гнев, и «Ведомости» были удостоены самых резких оценок: «Затянувшаяся драма захвата “Ведомостей” жуликами», «Проституирующие мурзилоиды», «Враньё и политико-медийный мухлёж» etc. В ответ бывшая главред газеты Т. Г. Лысова поименовала народного борца резинотехническим изделием № 2, затем к спору подключились другие, и полемика достигла необычайных высот.

ссылка


Из середины 70-х гг.
Самую лучшую историю про сдачу истории зарубежной литературы я помню про ответ студента, не читавшего «Божественную комедию». Его последовательно спрашивали о строении поэмы вообще, о кругах ада, о девятом круге ада и о том, кого грызет Люцифер. В конце концов, сообщив ему, что Люцифер в три пасти угрызает Брута, Кассия и Иуду, его в последней попытке натянуть тройку спросили: «Ну а Иуду-то за что?».
У юноши сверкнуло в очах внезапное озарение, и он отвечал: «За то, что еврей?».


Есть вечные события
Из рекламы: «6 сентября 2018 года приглашаем вас в концертный зал «Барвиха Лакшери Вилладж» на ежегодный благотворительный прием в честь семидесятилетия прибытия Голды Меир в СССР.
Совладелец LetterOne Holdings и «Альфа-Групп» Михаил Фридман приглашает вас внести благотворительное пожертвование и занять место за его столом».

70-летие прибытия Голды Меир, равно как и любого другого события бывает только раз. В прошлом году было 69-летие, в следующем будет 71-летие. Поэтому ежегодный прием в честь 70-летия звучит странно.



«Ятха вртха татха пхале»
Это единственная фраза на языке санскритском запомненная мною, а означает она «каков корень, таков и плод».
Вртха — это Григорий Ефимович Рыклин, член ВКП(б) с 1920 г., главный редактор журнала «Крокодил» с 1938 по 1948 г.
Пхале — это Александр Юрьевич Рыклин, выступивший со следующим заявлением:
ссылка
И почему я не удивляюсь?

ссылка
иллюстрация: Lukasz Lewandowski 

 


Сурдополемика

Беседа правозащитника с тираном:

«В.Путин: Да он же у нас не жил! Он из Израиля приехал.
С.Кучер: И в Ваших силах призвать эту атмосферу изменить, Владимир Владимирович. Вы можете это сделать.
В.Путин: Он израильский гражданин, он оттуда приехал. О чём Вы говорите?
С.Кучер: Это вообще не имеет значения.
В.Путин: Как это – не имеет значения? Он жил в этой среде, где, Вы говорите, такая обстановка, или там? Он там жил. При чём здесь обстановка у нас?
С.Кучер: Я говорю о главном, о чём мы с Вами оба говорим. Мне кажется, в Ваших силах повлиять на атмосферу в стране».

***
Глухой кричал: «Моя им сведена корова!» —
«Помилуй,— возопил глухой тому в ответ, —
Сей пустошью владел еще покойный дед».
Судья решил: «Чтоб не было разврата,
Жените молодца, хоть девка виновата».

ссылка


К стрельбе на кондитерской фабрике
Будучи в Швейцарии, В. И. Ленин с соратниками гулял по горам. В ходе прогулки перед ними открылся дивный вид: внизу горное озеро, вдали заснеженная вершина Юнгфрау. Соратники застыли в немом восторге. Молчание нарушил В. И. Ленин, сказавший: «Сволочи!».
«Кто сволочи, Владимир Ильич?», — робко поинтересовался один из спутников вождя.
«Меньшевики, кто же еще!», — отвечал Владимир Ильич.

ссылка


 


Не думай о масс-культе свысока

45-летие первого показа по телевизору 12-серийного фильма «17 мгновений весны» должно было, казалось бы, вызвать почтительную реакцию. Не обязательно быть поклонником этого фильма – человеку могут нравиться совершенно другие киножанры или вовсе никакие не нравиться, — однако значение его как для отечественного киноискусства, так и вообще для отечественной культуры трудно отрицать.
Не будет даже упоминать историю премьеры, хотя это было первый раз, когда улицы городов пустели во время показа. Это можно объяснить отчасти тем, что впервые произошло наложение увлекательного сериала на уже достаточно высокую обеспеченность граждан телеприемниками.
Но популярность фильма, бившая все рекорды, а равно и его долговечность — это, по крайней мере, феномен, заслуживающий внимания Прошло 45 лет, сменилось два поколения и несколько исторических эпох, а фильм все жив и популярен.
К тому же создатель картины Т. М. Лиознова удостоилась высшей зрительской награды. Герои и сцены из фильма вошли в отечественную персоносферу и оказались растасканными на цитаты. А равно на анекдоты и пародийные переделки. Песня, исполнявшаяся в варианте «Не думай о портвейне свысока, настанет время, сам поймешь, наверное» – это знак всенародного признания.
История народной культуры последней четверти XX в. и вплоть до наших дней невозможна без этого фильма – как бы, повторюсь, не нему ни относиться.
Хотя, впрочем, отчего бы и не относиться положительно к фильму, утверждающему: «А надо просто выполнить свой долг – от первого мгновенья до последнего». Разве не надо?
Но нет – с точки зрения культуртрегеров, «17 мгновений весны» есть мало того, что низменная масс-культура, но еще и с дурной идеологией. Штирлиц – шпион НКВД, и этого достаточно, чтобы предать картину забвению культурного сообщества.
Но такова судьба не только киноисторий про полковника НКВД, но и куда более невинных в этом отношении фильмов. «В бой идут одни старики» режиссера Л. Ф. Быкова (премьера – 1974 г.), повествующий о зеленых лейтенантах, дерущихся на своих истребителях с немцем и гибнущих один за другим, казалось бы, вовсе лишен идейной токсичности. Драться за свою страну – дело святое, не смеют крылья черные над родиной летать, и даже если бы показать быковскую картину пилотам люфтваффе, бившимся в небе с другой стороны, скорее всего и асы Геринга не нашлись бы сказать о ней ничего дурного.
Но нашлись у нас прогрессивные люди. Вероятно, дело в том, что фильм: а) советский; б) патриотический; в) доселе любимый в народе. Этого достаточно, чтобы отказать ему в каких-либо достоинствах.
Похоже, тут рефлекторная реакция на все, относящееся к советской массовой культуре и не гонимое при СССР (или хотя и гонимое – Быков долго и трудно пробивал «Стариков» – но недостаточно сильно). Комическое воспоминание pro domo sua: однажды я созвал веселых гостей, и когда гости уже порядком набрались, они стали песни играть. Середь прочих – песню «Когда весна придет, не знаю» из фильма «Весна на Заречной улице». Никаких советских идеалов пьяные гости не утверждали, ибо пели ее в пародийной переделке – «Гудят мартеновские речи, а на <хрена> гудят они». Тем не менее присутствовавшая при песнопении grande-dame из культурного сообщества была крайне возмущена, причем отнюдь не переделкой (и в самом деле глупой), а самим фактом исполнения тоталитарной песни. То есть безусловный харам даже и песня из идеологически совершенно невинного фильма, единственный (но и незамолимый) грех которого в том, что он душевный и был снят в 1956 г.
В большом мире аналогичного «гав-гав-гав» еще в 1996 г. были удостоены «Старые песни о главном». Вероятно, по принципу «Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст». Хотя выяснилось, что автор фильма Л. Г. Парфенов либеральную родину отнюдь не продал, а совсем наоборот, но ведь критики тогда этого не знали.
Такое безусловное отвержение масс-культа (хотя бы и самого невинного) прежней эпохи бывало присуще не только нашей стране. В ФРГ национальное раскаяние было так сильно, что продвинутое культурное сообщество отвергало не то что «Триумф воли» и не то что практически все киноискусство Третьего рейха. Культурная цензура распространялась и на немецкие народные песни, причем лишенные какого бы то ни было национал-социалистического (и вообще идейного) содержания. Типа
«Drei weiße Birken
In meiner Heimat steh’n.
Drei weiße Birken,
Die möcht’ ich wiederseh’n»
(«Три белые березки стоят у меня на родине, три белые березки, которые я хочу вновь увидеть»). Немецкий вариант «Во поле березонька стояла» тоже осуждался либеральным обкомом, ибо самый мелос провоцировал на то, чтобы, нажравшись пива, раскачиваться на стульях – а это уже нацизм.
Человечество расстается со своим прошлым со звериной серьезностью, но оставим немцев (о Голливуде не будет уже и говорить, ах боюсь, боюсь) и вернемся к нашим домашним делам.
Весь этот Kulturkampf, возможно. имел бы какие-то шансы на успех, если бы послесоветская Россия могла бы произвести хоть на что-то похожий масс-культ. В этом случае было бы меньше поводов тужить по поводу старых песен, фильмов etc. о главном. Но поскольку новый масс-культ совершенно неудовлетворителен – просто даже в смысле качества работы он и рядом не лежит со старинными произведениями, — импотентные культуртрегеры борются со старьем, будучи не в состоянии ничего предложить взамен. Так что результат борьбы легко предсказуем.

ссылка


День отечественной однопартийности

6 июля 1918 г. в Москве произошел левоэсеровский мятеж, в результате которого в России окончательно установилась однопартийная система, формально упраздненная лишь в марте 1990 г. (отмена ст. 6 Конституции СССР). Впрочем, коалиционных правительств как не было, так и нет – последней форменной правительственной коалицией был блок большевиков и левых эсеров, прекративший свое существование век назад.

Если бы не убийство графа Мирбаха, чреватое возобновлением войны с Германией, и не применение артиллерийских аргументов против штаба левых эсеров в Трехсвятительском переулке (причем в штабе в этот момент находились большевики-заложники), сам мятеж мог быть назван опереткой. Чего стоит хотя бы то, как действовал «Человек, среди толпы народа застреливший императорского посла» (Н. С. Гумилев), не в поэзии, а в реальности. «Когда Блюмкин и сопровождавшие его были в кабинете Мирбаха, Блюмкин бросил бомбу и с чрезвычайной поспешностью выбросился в окно, причем повис штанами на железной ограде в очень некомфортабельной позиции. Сопровождавший его матросик не спеша ухлопал Мирбаха, снял Блюмкина с решетки, погрузил его в грузовик и увез».

Сам день мятежа был выбран ЦК левых эсеров на основании глубокого соображения, что наиболее верные Ленинулатышские стрелки в этот день будут праздновать Иванов день (Ligo) – вероятно, сплетать венки и купаться в голом виде в московских водоемах, — а эсеры тем временем разожгут пламя мировой революции. Притом, что ленинский завет: «Никогда не играть с восстанием, а, начиная его, знать твердо, что надо идти до конца», -был левыми эсерами полностью проигнорирован.

Создается впечатление, что их более заботили эффектные жесты. Мария Спиридонова на V Съезде Советов в Большом театре объявила, что «русский народ свободен от Мирбаха», после чего, залезши на стол, стала кричать: «Эй, вы, слушай, земля, эй, вы, слушай, земля!» Тут поражает некоторая шизофреничность: убить посла, пытаться этим убийством раздуть мировой пожар (где бывает довольно горячо), арестовать главу тайной полиции, фактически совершить государственный переворот – и при этом воспринимать все это как социалистический междусобойчик. Милые бранятся – только тешатся.

Хотя действительно последующие кары поражали своей мягкостью. Помимо спешно расстрелянных по постановлению ВЧК полутора десятков сотрудников ВЧК остальных наказали чисто символически. Убийца Мирбаха Блюмкин бежал на Украину, там пострадал от петлюровцев, выбивших ему передние зубы, он подлечился и сдался Киевской ВЧК. Его приговорили к расстрелу, но по ходатайству Дзержинского и Троцкого тут же амнистировали, заменив смертную казнь на «искупление вины в боях по защите революции». Свои 9 грамм сотрудник ОГПУ Блюмкин получил лишь в 1929 г. за поездку к изгнаннику Троцкому.

Для сравнения – тогда же случился белогвардейский Ярославский мятеж (6–21 июля), при подавлении которого артиллерийским огнем было разрушено более двух тысяч домов и расстреляно несколько тысяч человек. Воистину, «он к товарищу милел людскою лаской, он к врагу вставал железа тверже».

То, что в левоэсеровском мятеже были элементы оперетки, – это полбеды. Они есть во всяком революционном выступлении, пока его не приукрасят и не мифологизируют. Можно подумать, что в пивном путче не царил редкостный бардак.

Но удивительная мягкость обращения с неудалыми мятежниками даже породила теорию, что реального мятежа не было, а был большевицкий спектакль, имевший целью избавиться от левоэсеровских надоедал. Однако это вряд ли. Ленин и Троцкий не имели склонности к столь рискованным играм. 6 июля власть большевиков реально висела на волоске, войска в Москве были ненадежны, ВЧК была инфильтрована мятежниками, и всё могло случиться, действуй левые эсеры более решительно.

Дело в другом. 6 июля 1918 г. – это день, который случается во всякой революции. День избавления от союзников-попутчиков, которые вдруг убеждаются, что дела идут куда-то не совсем туда, и начинается вечное «За что кровь-сукровицу лили?» А также разговоры о преданной революции.

Левые эсеры вдруг поняли, что большевики проводят «повышенную централизацию, увенчивающую систему бюрократических органов диктатурой, применяют реквизиционные отряды, действующих вне контроля и руководства местных Советов, дезорганизуют рабочие Советы», а также не думают о мировой революции, подчиняясь вместо этого воле германского кайзера. То есть вместо озабоченности чистотой революционной идеи – заинтересованность в собственном политическом выживании любой ценой.

Совершенно как после победы национальной революции 30 января 1933 г. штурмовики осознали, что Гитлер – предатель и необходима вторая истинно социалистическая революция под началом Рема и Штрассера. 30 июня 1934 г. в ночь длинных ножей это кончилось для левых национал-социалистов довольно печально.

Во время событий сентября-октября 1993 г. в Москве, завершившихся применением артиллерийских аргументов, также существенную роль в синдикате недовольных сыграли пламенные демократы 1991 г. «За что боролись?» звучало у них очень мощно – не хуже чем у левых эсеров в 1918 г.

Революция и коалиция – вещи плохо совместимые. После кратковременного сожительства с попутчиками-союзниками, сожительства, не устраивающего никого, неизбежно наступает консолидация власти, попутчики выбывают далеко (порой – очень далеко), и на время существования послереволюционной власти, время, которое, как в случае с СССР, может быть довольно долгим, наступает однопартийность.

ссылка


 

Полк Русского мира

Каждый очередной День Победы ознаменовывается новыми дальними городами, в которых проходят шествия «Бессмертного полка».

Сан-Паулу, Сеул, Рим, Женева, Манчестер, Стокгольм, Вашингтон, Мельбурн, Торонто, Лиссабон, Иерусалим, Токио — умаешься перечислять. Воистину «проникновенье наше по планете особенно заметно вдалеке». Тем более что оно выражается не в надписях на русском языке в известных местах, но в трогательном почитании героев Великой Отечественной войны. Люди, далеко закинутые судьбой, — порой чрезвычайно далеко, на край света, — помнят своих дедов-прадедов, которые сражались за родину, и воздают им благодарность.

Когда речь идёт о шествиях «Бессмертного полка» в России, которые своей массовостью неприятно удивляют людей, не перестающих напоминать, что больше семидесяти лет прошло, пора бы и забыть, «вот мы забыли, и чувствуем себя прекрасно, у нас новое время, новые песни», — всегда можно объявить эти шествия фальшивыми, куда сгоняют по разнарядке. Или обещают заплатить участникам по 500 рублей. Не очень убедительно, но в нынешнее время за убедительностью давно уже перестали гнаться.

Когда речь идёт о таковых шествиях в лимитрофах, а равно и на Украине, которая даже не лимитроф, а нечто совсем особенное, можно объявить это происками промосковской пятой колонны, пытающейся таким образом подорвать молодые демократии. Как сообщил президент Украины П.А. Порошенко, «Бессмертный полк» Россия рассматривает как настоящее подразделение современных Вооружённых сил России. Его миссия — участие в гибридной войне, которую Москва ведёт разными методами, и не только против Украины, но и против ЕС, против США и других стран».

Но если применительно к Украине сойдут для внутреннего пользования и самые фантастические разоблачения насчёт гибридной (то есть всеобъемлющей) войны, то распространение этой логики на весь остальной земной шар отдаёт совсем уж тяжёлой паранойей. Которую мало кто готов разделить.

То, что Россия посредством выцветших от времени старинных фотографий сражавшихся с Гитлером дедов-прадедов пытается подорвать итальянскую, камерунскую, китайскую, конголезскую, канадскую, австралийскую, испанскую, катарскую, таиландскую, израильскую, швейцарскую etc. демократию и при возможности аннексировать хотя бы часть территории этих стран, — это всё-таки настолько глупо, что, кроме Порошенко, давно забросившего чепец за мельницу, никто не решается развивать эту ценную идею.

А дело довольно просто. Сильные геополитические изменения конца XX века (вар. — распад СССР) привели к тому, что миллионы граждан СССР/России оказались раскиданы по всему свету.  

По масштабу это можно сравнить только с исходом 1917—1921 годов.

Но между этими двумя исходами есть сильное различие. Послереволюционная эмиграция оказалась полностью отрезанным ломтём, советские власти относились к ней с откровенной враждебностью, эмигранты платили ей той же монетой, всякие сношения с покинутой родиной были полностью прерваны.

Тогда как постсоветская эмиграция в массе своей не испытала такого взаимного разрыва и ожесточения. Сношения не были прерваны — скорее, как с той, так и с другой стороны господствовало философическое «Так уж сложилось, жизнь вообще штука сложная».

Разумеется, часть эмиграции стремилась воспроизводить идеологию прежних исходов, то есть: «Я бежал из зачумлённой страны, но спас свою душу» (вар. — «Я поселился в новой стране неограниченных возможностей»), но эта часть составляла существенное меньшинство. Основная доля эмигрантов, скорее, повторила путь других национальных диаспор — еврейской, польской, итальянской, китайской. Для которых лояльное обживание на новом месте не предполагало полного разрыва связей с исторической родиной.

Напротив, новая жизнь вполне уживалась с почитанием прежних национальных святынь. Что мы и наблюдаем сегодня. Когда «Бессмертный полк» пережил триумфальный расцвет в России, это значит, что ежегодное шествие затрагивает какие-то очень важные струны русской души, а День Победы, несмотря на ежегодные заклинания прогрессивной общественности «Хватит, сколько же можно», состоялся как главный национальный праздник, как русская Пасха. «Смертию смерть поправ».

Но тогда можно предположить, что и немалая часть русской диаспоры испытывает сходные чувства в святой для родины день 9 Мая. И стремится эти чувства выразить по образцу метрополии. 

О концепции Русского мира было говорено всякое. Независимая радиостанция, финансируемая конгрессом США, сообщала: Русский мир — бессмысленный и беспощадный. В качестве главного девиза этого нового «крестового похода» против самого близкого по крови соседа и поддержавшего этого соседа западного мира выбрана извлечённая из исторического чулана идея Русского мира.

Конгрессу США, конечно, виднее, но возможен и другой взгляд. Русский мир — это русские в рассеянии, которые и на далеких континентах ощущают сказанное в 1830 году:

Два чувства дивно близки нам,
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
На них основано от века
По воле Бога самого
Самостоянье человека,
Залог величия его…

«Бессмертный полк» и есть такое самостоянье русского мира. Хоть в Москве, хоть в Риме, хоть в Сеуле.

ссылка


ПРОЩАНИЕ ГЕЛЬМАНА

«Русских будет вне России все больше, они будут создавать сообщества, они будут состоятельны и в культурном плане и в общественном и в финансовом. Они будут учиться и работать в тех странах, куда переедут и станут более компетентными интересными и опытными — более готовыми к будущему — чем их коллеги оставшиеся в РФ.
Ждем вас в Черногории, Берлине, Лондоне, Тель-Авиве, Риге, Праге, Париже, на Кипре. Вэлкам».
https://www.facebook.com/marat.guelman.9/posts/1824986777512715

«Дорожная» С. В. Шнурова короче и энергичнее.

ссылка


ЖИТЬ СТАЛО ЛУЧШЕ, ТОВАРИЩИ. ЖИТЬ СТАЛО ВЕСЕЛЕЕ

Основатель французской исторической школы “Анналов” Люсьен Февр назвал книгу, посвященную методам исследования, звучным именем – “Бои за историю”. Доживи Февр до наших дней, он, наверное, был бы несколько смущен, видя, какой оборот приняли эти бои в нынешней России.

Наиболее яркий пример – бой, в который вступили меж собою два члена Совета по правам человека при президенте РФ, заушавшие друг друга прямо во время радиоэфира. Хотя, конечно, в области исторического знания более распространен бокс по переписке. Для этого и социальные сети придуманы.

Бои за историю СССР – хотя самого СССР уже более четверти века, как не существует – огорчительны тем, что окончательно приняли характер религиозной войны. При виде того, как гугеноты и католики мутузят друг друга, только и остается, что повторять вслед за Лукрецием – “Tantum religio potuit suadere malorum”.

Самое огорчительное – то, что апологеты и противники советской власти равно озабочены восхвалением vs. проклятием советского строя, что довольно быстро приводит и тех, и других к оправданию людодерства. Одни восхваляют рыцарей революции из ОГПУ-НКВД, другие – борцов с советской властью, пристроившихся во вражеском обозе. Одобрение того, что одобрять невозможно, вызывает не только нравственную тошноту, но и чувство полного умственного тупика – о чем спорить с людьми, всецело озабоченными правильностью своей идеологии и потому отрицающими очевидное.

Все передовые учения со временем подвержены ревизионизму – и весьма подвержены.

Обидно, что обладая опытом жизни в СССР – ну, так уж получилось, вместо того, чтобы руководствоваться принципом “Убытки разум дают” и познавать закономерности эволюции такого рода режимов, мы все больше занимаемся не познанием, а идеологическими мордобоями.

ссылка



Мобилизация по-американски

Правящий класс США увлеченно занят борьбой с русским вмешательством с целью подрыва американской демократии. Дошло до того, что сенатор Джон Тестер (а сенаторов в Вашингтоне всего сто душ на более, чем трехсотмиллионную страну, вроде бы должны быть отборные люди) заявил, что целью В. В. Путина является продвижение коммунизма в США. Мелочь, конечно, но говорит о состоянии умов.

Каждый день раздаются призывы «Больнее! Садче!» График экзекуций уже расписан на три месяца вперед, а в качестве повода для экзекуций годится уже всё. Правдоподобием и какими-то рудиментами правового мышления американская элита давно не заморачивается. Главная и единственная претензия к России – то, что она существует.

Что порождает естественный вопрос: что дальше и каково конечное целеполагание Сияющего Города на Холме.

Оптимистический (с точки зрения США) исход борьбы, сколь можно понять, выглядит так. Растерзанная и издыхающая Россия сдается на милость победителя. Точнее – сдается по частям, ибо распад нынешней России на дюжину-другую (квази)государственных образований предпочтительнее, нежели сохранение единого государства, могущего опять возродиться. Ядерное оружие безусловно отбирается – второй раз ошибка 1991 г. не должна повториться. После чего на построссийском пространстве безболезненно (для США) продвигается демократия.

Однако, такой оптимистический сценарий маловероятен. Он предполагает полное отсутствие у руководства воли к сопротивлению и настроение граждан по образцу, описанному Анной Ахматовой: «Когда в тоске самоубийства / Народ гостей немецких ждал». Таких идеальных посылок для последующей демократизации санкциями достичь трудно – во всяком случае, прецедентов не наблюдается.

Военным путем разрубить гордиев узел боязно. Что такое неприемлемый ущерб, даже в Сияющем Городе понимают. Во всяком случае пока еще понимают.

Возникает патовая ситуация, но при этом с мобилизацией правящего класса США. Ведь мобилизация – это не только (а сейчас даже и не столько) чисто военные меры, как-то: призыв запасных, боевое развертывание вооруженных сил, перевод хозяйства на военные рельсы etc. Это и перевод правящего класса страны в режим военного времени – всё для фронта, всё для победы, «пст! враг подслушивает!» То, что неприятельские газеты называют военным психозом.

С психозом в США всё обстоит самым лучшим образом. Новости из Конгресса и администрации тому порукой.

Однако нормальная мобилизация фактически означает войну, ибо она необратима. То есть, конечно, всё можно обратить и вернуть к мирному состоянию (ведь когда война кончается, это и происходит), но остановить процесс мобилизации, когда он в самом разгаре, – значит до чрезвычайной степени дезорганизовать весь военный и политический потенциал страны. Нельзя быть немножко беременной, и нельзя быть немножко отмобилизованным.

К тому же, останавливать мобилизацию политического класса никто и не собирается. Напротив, она уже превратилась в процесс с положительной обратной связью, и только деятельным участием в дальнейшей борьбе с русскими можно удержаться в мейнстриме. «Подозрительные по умеренности» не приветствуются.

Тут еще и другая аналогия: мобилизация советской элиты в 1937–1938 гг. В какой-то момент всё безумие происходящего стало очевидным даже самым верным последователям Сталина, но сказать вслух: «Довольно крови» значило обречь себя самого на верную смерть. По гуманности нашего времени сейчас в США речь идет о смерти не физической, но политической, но высшему классу от этого не легче. Он получил самозаводящийся процесс, вышедший из-под контроля.

Тем более, что мобилизация, как и большая война, вообще есть чрезвычайное расходование всех ресурсов. Страна живет в минусе, это оправдывается тем, что альтернатива войне – еще хуже. А равно и тем, что цель войны – победа, после которой жизнь в минус прекратится, и начнется восстановление нормальной мирной жизни.

В настоящем же случае есть мобилизация элиты, есть безоглядное расходование политического ресурса, но нет реально достижимой цели, после которой трата ресурса закончится. А никакая система не может вечно работать в экстренном режиме.

В свое время много и убедительно рассуждали, что советская мобилизационная экономика, возможно, в определенные моменты истории была необходима и неизбежна, но, проводимая à la longue, она в конце концов привела к гибели СССР, ибо никакая, даже самая мощная экономика не может постоянно работать в режиме военного времени.

Похоже, теперь настало время рассуждать о том, как долго может проработать американская мобилизационная политика.

ссылка