Шестаков Евгений
(Лаврентий Августович Пысин)
Родился в 1964 г. в г. Камышлове Свердловской области, жил в г. Новокузнецке Кемеровской области, недоучился на истфаке Томского госуниверситета, ныне проживает в ближнем Подмосковье. Писатель-юморист, автор монологов, исполняемых Е. Шифриным, Г. Хазановым и тэдэ. Публиковался в «Огоньке», «Магазине», «МК», «ЛГ», «Век» и др. Делал передачи на ОРТ, «Радио Свобода» и др. Лауреат премии «Триумф», премии клуба «12 стульев», московского кубка юмора и др. Хобби — технический милитаризм в виде собирания литературы и масштабных моделей.
facebook
авторский сайт

Я ребенок. Я умею летать и петь на языке кошек, у меня есть знакомый кит, я могу заколдовать тапок, мне приходилось ночевать на Луне и пить какао из крана, я могу всю жизнь простоять на одной ноге, я умею бегать по рельсу и спокойно проходить сквозь злодеев. Но мама плачет, если долго не может меня найти.
Е. Шестаков

аффтарская копилка текстов:
6takov.wordpress.com


.
Не то чтоб совсем я не воровал, врать на себя не буду, иногда ведь вещь лежит и аж слезами плачет — возьми! У Ивана Борцова портсигар «Гагарин» со стола в карман пригласил и со скушным лицом сидел, пока он в трехкомнатной квартире искал. Сам не курю, про Гагарина врут, что летал, не верю, и красть у соседа нехорошо — но руки-то ловкие куда денешь? Я не змей какой, старуху через дорогу к открытому люку за руку не водил, как Сашка Точилин. Мое дело — говна в краску кинуть да размешать, чтоб в райотделе до следующего ремонта запах статусу соответствовал. При институте я дворником третий год, когда спра налево мету, когда сле направо справедливость в обществе навожу. Они там квадратный корень из родной матери извлекают, обезьяна под пилой верещит, мышей убиенных целыми поддонами носят — как Богу не помочь их поднаказать? Графопостроитель ночью включился, хуй в две краски нарисовал и сам себя коротнул. Закладки штатовские, я не при чем, спал в кладовке. Или вон настоятель, отец не то Капроний, не то Нейлоний, в шаговой доступности нарисовался, ножку в крокодиле из мерса высунул, радостный, как будто ему в жопу свет провели. Еще один сквер под церковь у детишек и собачек отвоевал. Ну, как мимо пройти, дьяволу не помочь? Я добрый, голубочков пшеном кормлю, кипят вокруг меня, но злой, лопатой так об столб уебу — они не стаей, а срущим облаком от меня летят. К нему. Рясу, батьку, машину — все выкидывай, мыть дороже. Пакостить мелко, но повсеместно еще батя меня учил еще в люльке, великий паскудник был, на собственных похоронах с гроба выпал. Я фамилии не срамлю, стараюсь, доверием облечен, с министерской крыши снег убираю, лед оставляю, жду, когда покурить выйдет. За жизнь его не боюсь, на такую башку смело можно этаж ронять, на Пасху танку в башню лбом стукнет — и пездырь танку. Большой человек, в большом кабинете большую думу думает: нынче пернуть или на пятницу отложить. А я малую: выйдешь, сука, или не выйдешь. Все вместе — гражданское общество называется.
ссылка


.

0_50b48_193fa352_L

Победа, победа… Два людоеда подрались тысячу лет назад. И два твоих прадеда, два моих деда, теряя руки, из ада в ад, теряя ноги, по Смоленской дороге по старой топали на восход, потом обратно. «… и славы ратной достигли, как грится, не посрамили! Да здравствует этот… бля… во всем мире… солоночку передайте! А вы, в платочках, тишей рыдайте. В стороночке и не группой. А вы, грудастые, идите рожайте. И постарайтесь крупных. Чтоб сразу в гвардию. Чтоб леопардию, в смысле, тигру вражьему руками башню бы отрывали… ик! хули вы передали? это перечница…»

А копеечница — это бабка, ждущая, когда выпьют. Давно откричала болотной выпью, отплакала, невернувшихся схоронила, на стенке фото братской могилой четыре штуки, были бы внуки, они б спросили, бабушка, кто вот эти четыле…

«Это Иван. Почасту был пьян, ходил враскоряку, сидел за драку, с Галей жил по второму браку, их в атаку горстку оставшуюся подняли, я письмо читала у Гали, сам писал, да послал не сам, дырка красная, девять грамм.

А это Федор. Федя мой. Помню, пару ведер несу домой, а он маленький, дайте, маменька, помогу, а сам ростом с мою ногу, тяжело, а все-ж таки ни гу-гу, несет, в сорок третьем, под новый год, шальным снарядом, с окопом рядом, говорят, ходил за водой с канистрой, тишина была, и вдруг выстрел.

А это Андрей. Все морей хотел повидать да чаек, да в танкисты послал начальник, да в танкистах не ездят долго, не «волга», до госпиталя дожил, на столе прям руки ему сложил хирург, Бранденбург, в самом уже конце, а я только что об отце такую же получила, выла.

А это Степан. Первый мой и последний. Буду, говорит, дед столетний, я те, бабке, вдую ишо на старческий посошок, сыновей народим мешок и дочек полный кулечек, ты давай-ка спрячь свой платочек, живы мы и целы пока, четыре жилистых мужика, батя с сынами, не беги с нами, не смеши знамя, не плачь, любаня моя, не плачь, мы вернемся все, будет черный грач ходить по вспаханной полосе, и четыре шапки будут висеть, мы вернемся все, по ночной росе, поплачь, любаня моя, поплачь, и гляди на нас, здесь мы все в анфас, Иван, Федор, Андрей, Степан, налей за нас которому, кто не пьян…»

2008

источник


 . 

14409577_10208212682093753_3781995160294753241_o

Куклачеву посвящается

Зимой 96-го к нам в дом попросилась погреться кошка. Залезла на балкон спальни и давай смотреть, как мы предаемся неге в уюте. Тощая, облезлая, голодная, умная, хороший психолог. И беременная на последних минутах. Мы с женой поставили личную жизнь на паузу, открыли дверь, впустили и накормили. И сказал я: оставайся с нами, животное, ибо не звери мы и такую тебя выгнать не можем. И кивнула жена. И кот кивнул. Он был совсем молоденький и посчитал ее за понаехавшую из ебеней тётю. И кавказская наша овчарка не возражала и расступилась, проходите, вытирайте ноги, рожайте (добрейшая была сука, даже звали ее как няню — Арина). Вскоре кошка ожеребилась, четыре штуки, лежат в коробке, квасят титьку, пухнут, учатся глядеть и орать. Друзьям было объявлено о наличии кошачьей рассады, друзья пришли, каждый себе выбрал и ушли ждать, когда подрастут.

А потом кошка вернулась с улицы с рваным боком, в кровище. Залечили. А потом опять, с рваным ухом и в багровых тонах. Как будто к палачу на прием ходила. И третий раз. Штозабля? Не всё мы знали тогда о жестоких законах шерстяного и хвостатого мира.

А потом настал вечер, когда пришли усыновлять первого котофея. Детсад был в коробке в спальне на втором этаже, и скрипели ступени под ногами гостей, и добрели лица, и готовились уси-пуси, и метнулась к форточке быстрая и ловкая тень. Подошли, а в картонной коробочке — геноцид. Никто не дышит, у всех четверых на горле следы зубов, с понятыми упокой, все свободны. Это я теперь в курсе, что у кошачьих мочить чужой приплод и кошмарить самок — обычное дело, как у нас бегать от алиментов. Тогда я не был столь образован. Похоронил котов на крутом берегу Томи и сказал кошке, чтоб уходила. И без нового брюха не возвращалась. Ибо у нас в семье потери принято восполнять. Кивнула, тут же за углом не знаю на скольких сообразила, залетела, выносила, ощенилась, три штуки в новой коробке, битте. А весна уже. Тепло. То окно забудем закрыть, то дверь. На крик жены прибежал. Валяются, двое холодеют, один маленькими лапками пытается выгрести. Горло прокушено, но не порвано. Мяукает и свистит. Похоронил котов на крутом берегу Томи подселением к старой могиле и ничего кошке не сказал. Отвез ее, кем-то проклятую, за тридцать девять земель и там оставил. Погрелась, хватит. Раненого выходили, пристроили.

А потом настала ночь крика, который я и через двадцать лет помню в отдельных нотах. Кричала в сантиметре от меня жена моя, которой кто-то пробежал по ногам. Кто-то очень хуевый и во всех смыслах черный. Черт. В образе кота пришедший уже не маленьких убивать, а больших двуногих с ума сводить. Ни до, ни после, даже в кино не слышал в крике такого страха.

Прыгнул к окну, захлопнул форточку, через долю секунды в стекло влипла котская морда. Не успел, сука. Не уйдешь, сука, ждал тебя. Недавно от толпы бандитов отбились, СОБР ночами в доме сидел, полковник из Москвы приезжал, выстояли. А тут кот бродячий. Уж как-нибудь разберемся.

Но мужик. Когтями на на подоконнике такие следы оставил — хер закрасишь, только рубанком. Вену на руке профессионально вскрыл, когда к полу его прижал. Очень жить хочет. А я очень ему другого желаю. Аж зубы сводит. Говорю жене: иди вниз, принеси тяжелое что-нибудь. Скрип-скрип — пошла. Скрип-скрип — вернулась. В руках тяжелое: Карл Маркс, «Капитал», третий том. Держу кота, ржу. Смех, грех, Россия, девяностые, кто к нам с мячом придет, тому гол. В общем, неважно как, разобрал не виновную ни в чем, но виноватую во всем тварь и выкинул на помойку. И никогда так остро не чувствовал справедливость.

Сейчас у меня на койке спит пожилой кот Найджел, ему 14, он слепой. Глаукома превратила его глаза в потухшие противотуманные фары, но он жив, и ходяч, и оруч, и сруч. За полгода всего лишь раз упал сверху на старые грампластинки, недавно научился даже бегать наощупь. Последнюю птицу, которую поймал еще зрячим, он отпустил. И долго смотрел ей вслед.

На фото кот Шульц и собака Джина нагулялись и просятся ночевать (МО, дер. Жаворонки, 2007-й г.)

ссылка



.
12651033_10206454935151178_6862725989971328553_n

Хер по ЗАСу

В 76-м году дело было, июль, только майора получил. Взлетели с Лёхой по учебной, всё путем, условно поразили, домой пошли. Прямо на глиссаде уже команда с КП: стоп посадка, разворот, набор, курс 70, включить форсаж, РЛС. Охуеваем, делаем. По ЗАСу какой-то хер слоном сморкнулся и говорит: мужики, вы пустые? Блядь, а какие?! Откуда у нас ракеты, полёт учебный! Он с кем-то там похрюкал и тёплым таким надгробным голосом говорит: мужики, тревога боевая, цель реальная, полк не взлетит, работать вам, разрешаю таран.

Хоронила бабушка пизду. Таран. Мне 29, у меня двое, Лёхе 27, баба восьмой месяц со смещённым центром тяжести ходит. Погода ясная, солнце жирное, кому спинкой загорать, кому жопкой гореть и кусками падать. Таран. Через минуту на экране увидел. Крупноразмерная одиночная неторопливая нихера. Лёхе говорю: секу крыло, обосрусь — добьёшь. Лёха говорит: это гражданин. Хер по ЗАСу говорит: борт маскируется под гражданский, подтверждаю приказ на уничтожение без облёта.

Ебал фонарь аптеку. «Аэрофлот», 154-й. Три дудки в жопе и окошечки во весь хуй. Без облёта. Таран. Пятьсот метров. Я сплю или бухонемой на третьем пузыре глючу? Триста метров. Лёха говорит: да ну нахуй. Говорит: я лучше в сопку. Говорит: я в сопку, блядь, обосрусь — добьёшь. Хер по ЗАСу говорит: передаём сигналы точного времени, начало шестого сигнала соответствует длине моих соплей в африканских дюймах. Я говорю: делай как я — нихуя!

Поспели яйца в штанах у дяди Вани, короче. Полкана этого, который прямо на КП ёбнулся, целым взводом еле связали. Через 10 лет узнали, что то ли Ельцин тем бортом летел, то ли Пьеха. Через 5 лет памятник нам при жизни поставили, человекам и самолётам. Хер знает, то ли памятник, то ли «Они позорят наш коллектив». Мне всё равно. Я своё отлетал и огурцами на даче повелеваю.

ссылка


.

Однажды в армию срочно потребовались худые очкарики -3,5 и полные очкарики -5. Армия пошла искать Женю и его друга Макса Батурина. Макса она нашла дома, с Женей было сложнее, он жил в общаге филологинь и историков, но в комнате его не было. Вот прямо тут надо сказать, что рекорд бодрствования без сна для человека составляет 11 суток. Для Жени — 17. Была пора сдачи экзаменов, и нужно было как-то выкручиваться, ведь занятия Женя не посещал, потому что девушки. И напитки. И свобода. И врожденная безответственность. Но университет был добрый, он сказал: сдайте экзамены как угодно, вякните хоть что-нибудь, потом идите в армию, буду вас ждать. И тогда Женя и его друг Леша пошли в подвал общежития. Там они сели каждый в свою маленькую квадратную ванну для стирки. И закинулись таблетками. Маленькие такие, специально для беременных женщин, 50 штук в баночке, посоветовала одна девочка, очень проясняют голову, помогают не спать и усваивать материал. В ванне в подвале Леша не спал сидя две недели, Женя чуть больше, читали учебников, чужих конспектов за весь год, кушали таблетки, пугали пришедших постирать девушек. Иногда Женя вставал, залезал в большую стиральную машину, весь там помещался, Леша закрывал дверцу, но не включал, за что ему до сих пор спасибо. Экзамены кое-как сдали, Женя за 17 суток спал несколько часов, потерял почти всю массу тела, в армию его провожала ночью одна любимая девушка, днем другая. Уже после армии выяснилось, что таблетки были слегка не те, они были для сужения матки после родов, но, тем не менее, помогли.

Поцеловав кота в морщинистые губы,
я отошёл ко сну, и снится сон
мне, что бравурный марш оркестр играет, трубы
блестят и медь тарелок льёт мне в уши звон.
А я иду вперёд, мне ничего не надо,
лишь только б этот марш, и только б лишь идти
в сияющую даль, не опуская взгляда,
и стяга чистый шёлк над головой нести…
(Макс Батурин, слева).

ссылка


.
Родина

О, Кузня… Я помню газопередоз от заводов и полный автобус педиков, простите меня, шахтеры, не узнал, будете богатые, шутка. Где отец мой, начальник лаборатории, вышел из нее в обеденный перерыв, и не нашли его ни через десять, ни через двадцать лет. Где менты схватили на дороге мою мать, заволокли в машину, передумали, сорвали перстень и выкинули ударом в лицо. Где сестра моя сочеталась первым браком на зоне, приехав к сидящему жениху, а когда он откинулся и я пришел глянуть зятя, он смущенно прикрывал курткой лежащий на стиральной машине обрез. Город труда, город тяжелого отдыха от труда. Фонтан в Горсаду работает, и люди подставляют руки под струи. Фонтан на Дружбы не работает, и люди молча ссут в него хором. Школа, Женя прыгнул с места 2.53, двор, Женя получил две шайбы за пять минут в оба глаза. Марья Афанасьевна, Галина Борисовна, два учителя, которым я обязан всем, что имею в лысой башке, они умели делать из ребятишек людей и любили свою работу. Дед Алексей, играющий на гармошке и вот уже лупящий кого-то поленом, неродной, но я знаю, что весь в него. И все так же лепит беляши тетка в киоске на углу, и горяченький дает мальчику. И он ест, чтобы набраться сил и уехать. Ты куешь людей, Кузня. Ты умеешь это. Спасибо.
ссылка


.
Говорят, бывает май. Ну, хуй знает. Нам полгода, мы не видали. Говорят, что есть страны, где мы не толстожопые и летаем. Что есть такое фламинго, у которого вместо перьев лепестки роз, и оно ходит по столу между шпротами и икрой. Приятно такое слушать, когда в паху минус тридцать и воет. А май — он внутри. Когда сытый и ветер ненадолго утих.
ссылка


Жидкость, молодость

С банкой тесть мой, Юрий Иваныч. Колонна вообще-то в ГСВГ шла, ночами, чтобы народ не прочухал и не набросился. Затея вроде была массово напоить дойчей и в ходе эвакуации группы войск понапиздить у них станочков всяких долбокрепежных, как типа после войны. Но мужики с Котлонадзора еще осенью в лесу лежки сделали, ждали, Иванычу со штаба его тесть, помначкар Одесского военного округа, цинканул. Короче, на плечевую взяли. Накрасили меня, с жены юбку снял, на ее каблы встал, тоже сорок второй у нее, платок, сука, с петухами напялил — палево страшное, но трубы-то догорают, по талонам давно все схлебано и забыто. Короче, как положено, стрельнул глазками, головную машину остановил. Замыкающую Серега Ивлев в колготках тормознул, бесстыжий, жопой в сеточку на мазовского быка попер, в восьмом поколении алкоголик, в сезон за амфорами ныряет, разбивает, изнутри лижет. Короче, по секундной стрелке мы с ним две минуты хихикали, в кабину лезли, муфты с рук снимать не давали, потом быстро водиле серию по ебалу и муфту в рот, и ствол в бочину, детский, сына, но заплывшими глазами не видно. А мужики, сто семьдесят человек с молотками, сверлами и посудой — на дойку. Пять минут — четыре тонны на круг. Романтика. Великая держава была, огромные возможности и масштабы.
ссылка


Не так давно не стало и ее.

— Шо там, мамо?
— Та утро, сынку.
— А-а… А яке воно, мамо, утро?
— Та яке ж… Та так себе… Утро як утро. Як вечер. Тильки батько твой не з роботы, а на роботу.
— А-а… А у мене що, батько е?
— Ну а як же ж! У усих е, и у тебе е. И у мене був. Тильки здох. Ой! Вмер.
— Мамо… А у мене брат е?
— Хто?
— Брат. Брудер по-немецьки. Е?
— Ой, яка вумныця ты у мене! Яка розумныця! Яки слова заграничны знает! Ни, сынку, ни… Немае у тебе брата. Сестра е.
— Хто?
— Сестра е. Ольга. Гарна дивчина така! Як голубка! Як лебедка! Як волшебна птиця, як я не знаю прям хто! Хороша сестра у тебе. Тож вумна. Вже даже сама ботиночки надевае. Така гарна уся. З бантиком. Ось народышься — тоди побачишь.
— Когда?
— Та скоро. Вже скоро, сынку. Числа восьмого.
— А яке сегодня? Двадцать четверто?
— Эге ж! А звидки ты знаешь?
— Мамо… А давайте сегодня!
— Та ну… Ще ж рано… У тебе ж недовес буде. Та ни!
— Мамо! Давайте сегодня.
— Ни! Мовчи! Рано. Ось як товарыщу главврач каже, от тильки так воно буде. У срок. Як положено. Ты ж у мене не «москвич» — недособранным з конвейеру выходить. Ты ж сынку мий. Перший. Я тоби любить буду. Я тоби, гуля моя, у ванночке купать буду. Я тоби…
— Мамо… Сегодня.
— Мовчи! Говорун. З пуза ще не вылез, а вже балакае. Спи! Тож мени, оратор подкожный выискался. Чревовещатель. Мовчи и спи давай. Цыцырун.
— Цицерон, мамо. По-итальяньски — Чичеро.
— От горе! От бардак! Невылупнуто яйцо курыцю научае! И в кого ж ты швидкий такий пийшов? Батько вроде смирный. Сестра спокойна. А етот ще там — а вже лялякае, як прыёмник!
— Мамо… А у мене вже зубы е. Два.
— Це шо таке? Шантаж? Ридну маму знутри кусаты?
— Мамо… А пускай я буду Аркадий. В честь Райкина.
— Шо-о-о?! Мовчи! Ныякого тоби Аркадия! Акакий будешь. Понял? От хто маму не слухае — тот за то Акакием буде! Понял?
— А батька як зовуть?
— Виктор зовуть. Все. Спи давай. Акакий Викторович.
— Мамо… Я писатель буду.
— Ага! У кровать. Года два. Потом пройдеть. У всех проходит, у тебе тоже пройдеть.
— Ни, мамо. Я ручкой буду писатель.
— Ага. А як же ж! Ты ж хлопец. У праву ручку взял себе та й попысал.
— Ни, мамо. Мени премию дадуть. Я людей смешить буду.
— Ага. Вон мени вже як насмешил! Ажно животик надорвала. Ажно больненько.
— Ни, мамо. Це я ногами. Мамо! А як же тут выходить? Не видать нычого. Куда мени? Ось сюда?
— Ай! Ой, больно! Ай!
— Значит, не сюда. А куда? Сюда?
— Ой! Ай, больно! Ой!
— Но ведь больше-то некуда. Да, сюда.
— Ай! Ой! Ай! А-а-а. О-о-о. А-а-а!!!

Спасибо

Вам

Мама

ссылка


.
532955_4939483803914_920714742_n-1

1961

Жизнь в Советском Союзе была безрадостна и трудна. Миллионы угрюмых людей в валяных брюках и кирзовых юбках каждый день чуть свет вставали натощак к конвейеру снаряжать патронами магазины. Тихие покорные дети сидели в детских садах в вольерах и ждали, когда воспитатели бросят жребий, кого, а главное, кем сегодня кормить. В школах преподавали только строевой шаг и метание урановых стержней, газеты выходили раз в месяц, книгу можно было купить, только сдав в макулатуру две других книги. Мне было 14 лет, когда я впервые увидел пирожное. Старое, высохшее, трофейное, еще из Германии, оно стояло в серванте у наших соседей по подвалу, его показывали гостям. Не хватало элементарных вещей, например, кепок, и очень многие мужчины ходили в платках и шалях из мешковины и рубероида. Единственным дозволенным партией развлечением был поход в Мавзолей, где живой тогда еще Ленин выступал со скетчами и рассказывал про международное положение.

В общем, понятно, почему тот год и этот человек так врезались в нашу память. Посмотрите на него. Он дважды красавец, от природы и по заслугам. И он — самое светлое, что у нас было с 1945-го года и по сей день.
ссылка


.
ссылка


И праздничный боян про моего папу.

Мой папа был пограничник. Он ходил с собакой. Она нюхала, он смотрел, через час менялись. Граница была румынская, степень присмотра-догляда средняя, папа в секрете иногда спал, приставив бинокль к уху. Цыгане были очень хитрые, очень тихие и в составе делегации имели течную суку. Против которой у папиной собаки шансов не было, потому что она была кобель и в жизни не трахала ничего лучше, чем нога стоящего часового. Цыгане сказали суке «айдануданай», она побежала в лес, пограничник-кобель побежал за ней, а пограничник-папа спал и не видел, что кругом враги, а друг предал. Цыгане папу будить не стали, спящему гадать постеснялись и просто пошли воровать по своим делам. Но в расположении отряда товарищи офицеры постигали принцип действия недавно привезенных сейсмодатчиков и обнаружили мелкий групповой топот. Плохого никто не подумал, а все подумали хорошее про косулю с огромными глазами и длинным отварным языком. Ком сказал «таки да», зам сказал «уже есть» и с парой юных карабинеров пошел встречать вырезку. Но цыгане были вдвое хитрее самих себя и впереди пустили одетое ребенком дитя. Которое ломаными жестами стало уверять, что оно соотечественник, идет длинной дорогой, несет бабушке пирожок. Уже почти убедило, но тут позади него в зарослях раздались более чем просто скорбящий крик и звуки гибнущей жопы. Это папин кобель, то ли не догнал суку, то ли догнал, что его посадят за измену Родине и ноге, вернулся и стал поедать чавэл. Последовал уставный азохнвэй, примчались группы и повязали вторгшиеся иностранные организмы. Когда папу везли на гауптическую вахту, конвойный штык-ножом вырезал на борту кузова слово «Лена». Папа сказал, что его брат в ней тонул, едва вынули, после чего долго объяснял, что именно он этим хотел сказать.


В этом году ему бы исполнилось 80.

Мой папа был шахматист, теннисист, лыжник и гиревик. Крестился 24 кг гирей, в другой руке держал для равновесия партбилет. Исчеркал всю Кемеровскую область лыжней, пытался приохотить меня, в ужасе я сбежал в музшколу, где два года трясся от страха перед спортом и от ненависти к пианино. В теннис папа сделал всех во дворе, в районе, в Иране в колонии советских спецов, поехал обмывать, на горном склоне выпал из джипа, долго катился по глине вниз, на ноги встал со второй грыжей в области паха и с шестым изобретением в области шамотных огнеупоров. Чем активней папа укреплял здоровье, тем чаще его приходилось тратить. В шахматы папа играл в любом, даже газообразном состоянии, когда руки уже не слушались и приходилось двигать фигуры силой мысли и направленным спиртовым выдохом. Однажды после многолитрового матча пошел провожать домой своего совсем усталого друга и противника Кривосудова, вернулся без шапки со следами насилия на лице. Но не лег зализывать, а сел доигрывать сам с собой. Как-то раз получил на работе серной кислотой в глаз. Зрение у папы ухудшилось. Но не сильно. Через двадцать лет мы стояли с ним в Томске на крыше девятиэтажной общаги, папа увидел сверкнувшую на земле копейку, спустился, подобрал, положил в карман, раскланялся и закрыл мне рот. Однажды папа был рыцарь. После очень сильного праздника добрые вассалы принесли его домой, держа за подмышки, и носы его туфель были стерты до самых пальцев. Но дара руководства папа не потерял и лично контролировал бережность несения мамы, которая улыбалась всем, но не узнавала даже его. Папа был стоик. Час мы тащились с ним в гору в дождь в гости к семь раз сбитому на войне штурмовому летчику дяде Ване. И всего пять минут мылись у него в бане, папа оступился, шайка кипятку вся вылилась ему на то место, которым он меня сделал. Папа не сказал ничего. Только букву «с», растянутую на секунды. Согнул шайку. И остался папой. В его планах была еще сестра для меня, и немного погодя он помог маме ее родить.
Папа был мужик, каких мало. Где-то высоко он бежит на лыжах и смотрит, как в Амстердаме я бегу свой первый и единственный пока марафон. 5.06, отец. Ты бы пробежал лучше.
ссылка


.

На фото нас нет, в наряде с Серегой были. У пульта. Того самого. Пока они перед болванками хлебалами торговали, Серега оба ключика доточил, сигналку отрубил и моей кровью на стекле завещание написал. В грубой форме. Вашу, мол, Родину-мамашу в говно и кашу, и ихние штаты к херам в купаты. Нормальный хороший парень. Но долгое воздействие паров окислителя на голову и окрестности. Простой солдатик пены изо рта напустил, пошел, повесился, с довольствия сняли да под две губных гармошки за гаражом прикопали. Офицерюга РВСН — совсем другой коленкор, муар и печальный креп. Первая, короче, пошла. А я встал, не вижу нихера, но знаю, что мир красный, мокрый и жить в нем больно. Но тоже пошел. Кое-как разлепил, кое-как нашарил, поднял и из табельного ему в спину. Но Гречке в рыло. Он портретом висел у входа. И в стул. И в пол. Рука не та, башки, считай, вообще почти нет. Серега обернулся. Ты ж, сука, грит, недоделал тебя, козли… И в лоб.

Героя мне не дали. Водка, брага и спирт в анализах. Под землей, как и на земле, без них скушно. Изделие над полюсом уже подорвали, эскимосам внеплановое сияние, пендосам внеплановое учение, ошибка наведения, сход с траектории, бля-бля-бля, пардон, бла-бла-бла. И даже спасибо не сказал никто. И не скажет. Разве Серега. За то, что я его не пулей, а рукояткой.

ссылка


.
У тебя есть мы, но ты купил рыбок. Тупых, немых, которые не отличают тебя от твоего пальто. Сидишь, смотришь, как они пасутся в десяти литрах, и разум стекает с твоего лица на пол. Мы уйдем. Не к новому хозяину, потому что никого нет лучше тебя, а просто отовсюду и навсегда, потому что лучше об автобус и под троллейбус, чем знать, что тебя променяли на рыбный суп. Пять минут. Или ты их кому-то даришь, или смотри, как плохо нам без тебя.

ссылка


.
8-1

Тут некто Сергей Кириллов из НТВ удивляется моей лексике. Что-ж поделаешь, воспитание. Я говорю матом примерно с четырех лет, пить начал с пяти. И в моём детстве мужики играли во дворе не в какие-нибудь, а в

НАСТОЯЩИЕ ШАХМАТЫ

— Ну, ёбана в бубен, блядь, распрохуй! Доходился! Допрыгался! Ебантроп ты порнографический!!! Ты чо, блядь нахуй блядь, доски не видишь, ослеп? Он сюда коня, ты слоном, он так, ты так – всё, пиздец! Готовальня в жопу! Проходная ж пешка-то у него!
— Ну и хули? У меня две ладьи.
— Полторы хуи у тебя!! Он тебе щас так, так и так! И хули? И где твоя ладья? Алёхин, блядь… Съебись нахуй, я доиграю!
— Хуй. Сам доиграю. У меня всё равно преимущество. Мы сейчас… Вот так вот. Сходил.
— От нихуя себе бляди ёбаны… Ты чо, трипперных хуёв обкурился? Он вилку тебе щас сделает!
— Хуилку… Я ему тогда ладьёй мат.
— Где?!
— В елдожопинской пизде… Шары разуй. Он берёт, я так, сразу мат.
— С хуя ли мат?! А, да… Мат.
— Ну. Я зря что-ли коня подогнал? Он пешку сюда, я так, он так, конём еблысь – и пиздарики. А на правом у меня преимущество. Рупь дашь – сядь, доигрывай.
— А хуй в фантик не завернуть? Ты мне и так трояк и два раза в жопу должен. Слазь к хуям, и в расчёте.
— А вот ху-у-у-у-уиньки… А вот пё-о-о-о-о-оздыньки… Кто стучится в дверь ко мне… С толстой сукой на ремне… Сходил.
— А толку? Хуй ты тут прорвёшься. Размен, и всё. Пешки-то зря прижопил, Гагарин.
— Хуй на них… Пошла муха на базар… И купила самовар… Дома полный нассала… Друзей в гости позвала… Сходил.
— Зря. На Ж-пять поставь. На Ж-пять, блядь, поставь!! Нахуй он те тут нужен?! Еблом на паперти торговать?!
— В попе ли залупонька торчала, хули-люли, торчала… Чья бы тут корова мычала… А что, если мы потом… Ай дуду, ай дуду… Палец выебал пизду… Нет, не стоит.
— Слон-то белополяк у тебя! Нахуй не нужен. Меняйся. Я б сменялся. Нахуй он не нужен! Меняйся, блядь!!
— Отъебитесь-ка, сударь… Я девушка скромная, могу и хуем по голове… М-н-да-а-а-а… Посмотрим, посмотрим… Чего из этого выйдет… Я ебу-ебу-ебу… Водосточную трубу… Мы ебём-ебём-ебём… Всем детсадом кошкин дом… Шах.
— А нахуя? Закроется, нахуй… Закрылся, нахуй…
— Закры-ылся… А мы – вот так вот. И всё! Снимайте хуй, чешите шляпу. Вам мат.
— Ё-о-о-об не твою не ма-а-ать… Хитрый! Ну, ты, блядь, хитрый! Ну, ты блядь Эйнштейн еби твою в Резерфорд!! Бля-а-а-адь, ну ты Сувора Кутузый… О, я ебу… Нобелевский, сука, Оскар. С мечами, хуями и железным бантом. Да… Преклоняюсь и сосу. Гений, блядь…
— А хули ты думал… Я же без отца вырос…

ссылка


.


В принципе, я кот. Только со щитом и рогами. Кот-викинг. Но очень медленный. Я ем то, что не доедает пылесос, живу под ванной и пробегаю метровку за пять минут. Говорят, что я мужчина. Возможно. Пусть лучше обсуждают мой пол, чем вкус.
ссылка


.12657881_10206425811663109_8058501834879231425_o

Помнишь, Женя, как в Совочке тетя-продавец совочком накладывала эти конфетки тебе в кулек? Липкие, потные, цвета перепуганной жопы. Мир цикличен, все сосет свой конец и вращается вокруг конца Господа. Сделав круг, Совочек вернулся к нам. И эти конфетки тоже. Теперь они крашеные, повидла меньше, и тете лень взвешивать, она торгует по полкило. Говно в сахаре. Зачем ты его купил, Женя?

Чтобы вспомнить. Как скрипит хрущовая дверь и входит отец, скрипя плащовой резиной. На нем галстук из горючей тканой пластмассы и плащ из дикой чорной кирзорезины, который воняет так, что тараканы бывают у нас лишь проездом. Отец смотрит на меня и вздыхает. Завтра я на санках поеду в больницу, а сегодня гоняю по квартире на тележке от старой детской коляски с куском фанеры, на котором сижу. Я не играю. Я бедненький. Почему-то вдруг не могу ходить, не могу стоять, падаю в обмороки, короче, что-то где-то сломалось. В школу не хожу, кручу руками колеса, бибикаю, ничего не имею против быть инвалидом. Меня положат и месяц будут искать болезнь, не найдут и, вставшего и ходячего, отпустят с диагнозом «хуйпойми». Отец подарит мне большой железный грузовичище. В кузове которого я буду возить большую легковую машину, которую подарит мне мать. И медведя, которого подарит бабка, которой лет меньше, чем мне сейчас.

ссылка


PUBLISHED by catsmob.com

Официальный представитель Белого дома Джош Эрнест заявил, что Россия больше не сверхдержава (Газета.ру).

Вот кто просит их, блядей, озвучивать все, что в башке насралось? Вот возьмем и завтра же боевые льдины с ракетами к Аляске вашей придвинем. Зачем по самолюбию в грязных носках ходить? Вы реально тупые. Могли бы понять за 15 лет, что обида — главная движущая сила нашей души. Не бережете вы себя. Вот встанет наш, до кнопки дойдет, отче наш и хуйсымсовсем под нос прочтет и кнопку эту нажмет. Мы-то ладно, любой спокойно сабельный удар держит, после катка встает и не жрать может месяц стоя. Но вы-то на руинах цвести не можете. Лучше б за базаром следили. Понятие же иметь надо. У вас один пиздобол без намордника к людям выйдет, а нас от трех до девяноста трех лет побреют, на телегу посадят, в танк запрягут, и пезда планете. Оно вам надо?
(29.10.15)
ссылка


.


В 1963-м году отец выиграл такую сахарницу в лотерею. Через год выиграл в лотерею меня. Еще через много лет она стала памятью о нем, обшарпанная, на видном месте в почете. Потом сгорела вместе с домом. Много лет искал, неделю назад нашел. А сегодня и вот этот сервиз из детства. Конец шестидесятых. Женя еще совсем маленький и ходит учиться плохому в детсад.

На улице Грдины был детский сад, там во дворе стоял отдельный специальный домик, в нем хранился запас игрушек. Десятки больших коробок. Машинки, кубики, куклы, мячики, неваляшки, валяшки… А главное — автоматы, пистолеты, мечи и роскошный зеленый пулемет «максим» с батарейками (наверно, при детсаде была военная кафедра). Короче, в переводе на наш возраст — нам было лет по семь — дикое богатство. Наш человек лично все это видел, его мама говорила с кем-то из воспиталок и держала его за руку, они шли по территории, беседовали, на минутку зашли в этот домик, и у нашего человека сдуло всю бошку. Сходя с ума, он успел заметить, что домик запирается на щеколду. Не на замок. Он пришел и рассказал, и мы слушали, и роняли слюни, и эта идиотская мысль — воровать плохо — никому даже в голову не пришла.

На дело мы пошли вчетвером. Один из нас был девчонка, я говорю был, потому что он был очень крутой. Мы взяли авоськи для игрушек. Плоскогубцы. Расшатали доску в заборе, залезли в садик и зашли в домик. Разведка не врала. Игрушек хватило бы всем до старости. Постанывая от счастья, мы набили авоськи и пазухи предметами детской роскоши. Мы стали богачами. Никогда больше я не чувствовал себя таким обеспеченным человеком. Одних автоматов на спине висело четыре штуки. Мы вышли из домика и направились к дырке в заборе.

Он стоял рядом с ней и смотрел на нас. Милиционер. Взрослые в таких случаях седеют. Маленькие мокреют. Я помню пятно на шортах и огромную скорость, с которой побежал в противоположную сторону. Семь лет, всю мою жизнь, когда я вел себя плохо, бабка грозилась отдать меня милиционеру. И когда я повел себя совсем плохо, он таки явился взять мою душу.

За год перед этим мне об голову сломали железное ружье. Я не был особо впечатлен. Просто упал без памяти, потом лежал, потом ходил с шишкой. Теперь же я был испуган на клеточном уровне. Мы убежали через центральные ворота и, как Наполеон на Березине, побросали все, что награбили. Милиционер приходил потом в наш двор и задавал вопросы. Мы стояли за шторами с белыми лицами, с пульсом 200 и ждали, когда ему поднимут веки, и он ткнет в нас пальцем.
Пронесло. Это был важный урок. Я навсегда запомнил, что плохо воровать — плохо. Успех приходит только к умелым людям.
ссылка


.
kollegi

ИЗРАИЛЬ

1. Государство Израиль создано Господом Б-гом в укор самому Себе. На пропитанной болью земле Он поселил маленький печальный народ и попросил не расходиться, пока всех не убьют.

2. Государство Израиль есть страна, в которой небезопасно ходить даже днем даже под себя. Ибо самые добрые соседи — это мёртвые соседи, но злые соседи государства Израиль размножаются даже мёртвые.

3. Государство Израиль очень маленькое, с большим бледным лбом и худенькими плечами, растущие из которых руки кончаются внизу огромными кулаками, на которых оно и стоит, вглядываясь в близкую даль.

4. Государство Израиль — это оазис в окопе, цветок в воронке, гном в колпаке, которому некуда пятиться от больших прожорливых крыс. Крысы прыгают к выключателю, пытаясь потушить свет. Господь Б-г создал их для того, чтобы даже мёд не казался евреям мёдом.

5. Государство Израиль — это тень, сгустившаяся в предмет. Капля воды, переполнившая ведро с помоями. Жёлудь, проросший перед пятаком кабана. Господь Б-г, создавая государство Израиль, плакал.

Как оказалось, напрасно.

ссылка


.
15219587_1320732727977443_8720432791520760789_n

Ушёл Фидель, хромая тяжко
Ногою каменной своей.
Его зелёная рубашка,
Его папаха и коняшка,
Его наган, усы и шашка
Сданы в музей.

Ушёл Фидель, следы оставил,
Впечатанные в мягкий лоб.
Он из-под кепки не картавил,
Он из-под чёлки не гнусавил,
Он просто раком всех поставил
И ёб.

Ушёл Фидель, сестра Рауля,
Племянник Синей Бороды.
Его блокады не согнули,
Его враги давно уснули,
Его запомнили. И хули?
А до пизды.

ссылка 


12687795_10206485004022881_438329722257298770_n

Зоопарк у нас ровный, образцовый, зверюшечки кормлены, ласканы, проблем нет. Проблемы — это всегда посетители. Старушка послепенсионного возраста пришла, на лапы, хвосты и клювы попялилась, потом свой раскрыла. Закинуться таблетками какими-то, наверно, от смерти. Рассыпала. Вся наша наличная птицерня налетела, бабку в сторону, все склевали. Гриф подох. Он вообще уже негарантийный был, его мальчик плеером накормил, до утра играло, а тут стократная доза с тридцатью побочными эффектами без запивки. Орел куда-то боком ушел, и где-то боком ходит, его не трогают. А аист этот, на фотке, на бабу свою забил и к Людке клеится, охраннице, а у нее муж, мужик и мужики разные постоянно, аиста ей только, блять, не хватало. Не знаем пока, что делать. Может, пройдет. А может, яйца будет в карманах греть.

ссылка


.
Матерюсь я с четырех лет. Тут мне меньше, и я еще не могу ясно выразить, как же это несправедливо, блять, ходить в валенках с галошами, когда сестра уже в сапогах. Сибирь, Новокузнецк, весна стопицотого года до вашей эры. Скоро май. Дед наденет китель, откроет пиво и станет учить меня живому русскому языку. А пока лежит на кровати, бабка лечит горячим кирпичом шесть его ран, а я стою позорюсь на всю Болотную улицу.
ссылка


.
И приехал отец из четырехлетней командировки в Иран, где построил металлургический комбинат, который сразу же разбомбили. И достал из походных сундуков аленьких цветочков, корейских джинсов, маек «Adiads» и фломастеров. И радостно хохотали мы, его советские дети, рисуя и надевая. И взяла мать отрез чорного кримплена заморского, села за машинку и сшила мне гордые немнущиеся бьющие искрой брюки с эффектом рекуперации и электрической дугой меж яиц. И ходил я, потрескивая и молнируя, ибо физику знал не очень и заземлитель приделать не догадался.

ссылка


.
Послание

Кому: его превосходительствСергею Викторовичу Пугачеву

Что: послание

От кого: от Шестакова Е.В.

Дорогой премногопочтенный батюшка мой Сергей Викторович! Уважение мое к Вам столь велико, что пишу Вам это письмецо стоя, роняя волосы от волнения. Как и для всех истинно русских людей, Вы для меня — образец нерастворимого мужества и бескорыстного служения Господу на высоком посту банкира. Именно Вы, государственник, патриот, стояли у самых истоков Владимира Владимировича Путина и первым приникли к ним, познав все размеры его достоинства. Вы, великий чреслоблюститель, познакомили Владимира Владимировича с Ельциным — и этим спасли Россию. Затем Вы свели Владимира Владимировича с отцом Тихоном (Шевкуновым), его будущим духовником — и спасли этим честь России. Именно Ваше добровонное дыхание вновь раздуло в стране едва чадивший огонек православия. И как же больно осознавать, что теперь Вы в опале. Хулимый, очерняемый, осеряемый…

Сергей Викторович, дорогой! Почтение мое к Вам столь глубоко, что никогда бы я не осмелился Вам писать, не отточив перо специально выбранным оселком. Коим мне послужил небезызвестный предприниматель Х-й, тут же написавший доброжелательный пространный ответ. Это вселило в меня надежду, и ныне я, помолясь, обращаюсь уже прямо к Вам, третьему полюсу Русской Святой Земли, вращаемой внешними врагами на адском вертеле предательства и измены. Сергей Викторович, в моей грудной клетке рядом с сердцем бьется птица надежды на то, что я смогу вернуть Вам расположение Владимира Владимировича Путина. И что Вы еще пройдете победителем по Тверской, украшенной шарами и вставленными во флагалища флагами и хоругвями. И Владимир Владимирович, заключив Вас в объятия, одарит Вас добрым взглядом, нежным, как поцелуй ягненка. Вот Вам моя идея: Владимиру Владимировичу как никогда нужен сейчас сильный предвыборный слоган. Который я и придумал ему для Вас, изопревшись в тяжких творческих муках.

Короче, Сергей Викторович. Мне от Вас совершенно ничего не нужно. Во всяком случае, в долларах. Я просто хочу помочь и уверен, что помогу. Клянусь Вам на иконке Мобиловской Банкоматери, что еще до того, как часовая стрелка зайдет за 9, под этим постом будет первая сотня лайков. Пусть они придадут Вам сил. Примите же от меня в дар этот слоган:

В ЖО ТЕХ, КТО НЕ ПУ!

ссылка


.

Слово пастыря

Вот с такого небольшого проникновения начинаются прямой грех и бесчестие. И речь не только о сексе, который отнимает у молодых людей силы на молитвенное стояние пред Всевышним. Так называемый здравый смысл, о наличии которого у подростков пекутся некоторые школьные учителя, есть ни что иное как оскорбление Господа при исполнении. Если мы позволим молодежи искать ответы на важные вопросы самостоятельно, прибегая лишь к логике и науке, то есть риск, что за лупой они не увидят главного — Бога. Сейчас весна, время, когда грех стелется над землей, и даже птицы долбятся в темноте не размножения ради, а просто так. И мы с вами должны противостоять этому. Содержать себя в строгости. Лучше нечаянно застегнуть пальто на яйцо, чем ходить расстегнутым и смущать.

ссылка


.
Да, вызывал. Но я хотел пиццу. Может, неразборчиво говорил. Или не то нажал. Телефон не мой. Мамин. Мужчина на скамейке спал, подарил. Если вы меня хотите арестовать, то я на вас подам леснику, и он польет вас из шланга. Я знаю свои права торчать на дороге. Положите жетон и отойдите на сто шагов. А если хотите пялиться, то давайте на деньги, я пока не летаю, но таращиться сдал на пять.
ссылка


.
Кому-то пшенная каша с кровью покажется перебором, но я вырос в суровом мире, где канарейку жарили на свече. На зарплату инженера не разгуляешься, и отец нес домой все, что мог поймать по дороге в цех. Правило было одно — не ели тех, кто в ошейнике. Да отпустили как-то раз попугая, который попросил его отпустить. В советских магазинах мясо было лишь в виде продавцов и кассиров, а на базаре за одну свиную шкуру с тебя сдирали три собственных. Поэтому охотились круглосуточно повсеместно, и половину кухни у нас занимала бойня. Майский жук и соседская Жучка — один и тот же белок, разница только в том, что первый шел к тебе сам, а вторую ты приманивал кошачьим окорочком. Нужно было как-то жить, и не мы виноваты в том, что говядину я попробовал впервые в двенадцать лет, а бурундучатину принес из живого уголка в пять. Грех, конечно. Бабка, помню, ходила иногда замаливать в церковь. Очень часто ей это не удавалось.

Теперь все проще. И у меня на сковородке роскошный стейк из милой свиньи. У меня к нему картошка с укропом. И у меня к ним кетчуп-натурал Mr.Ricco, самый натуральный из всех. Без усилителей, красителей, химии и всякой прочей гомеопатии. И без модифицированного крахмала, который добавляют в дешёвые кетчупы в качестве загустителя. Mr.Ricco делают из особых сортов томата по специальной технологии с сохранением полезных веществ — витаминов, микроэлементов. А главное – с сохранением пектина и ликопина. Именно пектин делает кетчуп Mr.Ricco густым, поэтому крахмал тут не нужен. А ликопин даёт естественный красный цвет — химические красители идут мимо. Пектин и ликопин выводят из организма вредные микроэлементы, делают здоровее волосы, кожу, а также способствуют профилактике серьёзных заболеваний, например, рака простаты и прочих мужицких недугов.

Mr.Ricco — окропим еду красненьким!

Здесь подробно о том, как его производят на заводе в Казани: http://fritzmorgen.livejournal.com/1073310.html

ссылка


.
***
Не нужен нам берег турецкий,
И Африка нам не нужна,
Наш предок, товарищ советский,
Ведь не отдыхал ни хрена,

А только работу работал,
Работая в робе рабом.
Трудом его провод намотан
И сваи вколочены лбом.

И рельсы напилены ровно,
И картер уложен в поддон,
И нам бы вести себя скромно,
И так же трудиться, как он.

А наши рубли отпускные
Мы дома потратим вполне.
В Рязани есть избы резные,
Страшней пирамид, как по мне.

Глядят они в мир исподлобья,
В пилотках из мокрой доски.
Родные жилые надгробья,
Хранители вечной тоски.

За сотенку сядь в электричку,
Доедь, поклонись, обними.
И сразу домой. Перекличку
Теперь начинают с восьми.

2015


.
Здравствуйте. Мы очень долго делали этот трюк и посвящаем его Алексею Венедиктову, который делает его каждый день и крайне редко падает с жердочки.

ссылка


.

Консервы «Сайра», краткий обзор

Рыба сайра относится к легким закусочным породам, водится в любой луже с солью и так беспечна, что ее ловят на щелчок пальцев. Массовый протестный алкоголизм, в который по традиции уходят наскоро доживать думающие слои населения, государство сознательно подкрепляет дешевой сайрой, ловом которой занимаются даже ракетные крейсера.

В одной банке в среднем погребена одна расчлененная поперек рыба. Сваренная в забортной воде с добавлением турбинного масла, сайра усваивается организмом только наполовину, остальное превращается в пятичасовой запах изо рта, ноздрей и ушей. Выдох консервированной сайрой в лицо легко может привести к прекращению отношений, поэтому сайра не рекомендуется людям, стоящим на грани взаимного сексуального нападения. И напротив, люди, объединенные водкой, сайрой, песней и пляской, могут составить счастье любому правителю государства.

ссылка


.
13887066_10207784635392853_1916953265597020531_n
Сумка «Birkin» Hermes, $54 000, краткий обзор.

Не то чтобы я был большой поклонницей этой марки, но поддался на уговоры жены, у него такой же, и он доволен. Хорошо подкатили к папику, он из правительства дерганый весь приехал, утешили, ублажили чем бог послал, хрюкал, аж рыбки в аквариуме глазами к стеклу прилипли. Долго был добрый, шутил, дал по котлетке и мне отдельно на сумку. Потом огорчил. Сказал, что на выставку поедет Арнольд, у него два высших и родословная. А мы лапочки, но сами понимаете, это Англия, им, блядь, сперва герб, потом харя. Плакали. Особенно обидно жене, у него ни одной медали. А сумка ничего себе, годная.

ссылка 


12742817_10206497156206678_2397563822849287429_n

— Господи!
— Да, Женя.
— В кого я такой сентиментальный?
— В отца. Он же стихи писал. Херовые.
— Это да. Я даже пятилетний понимал, что херовые. 
— Зато отец был путный. Не то что ты.
— Кто бы говорил.
— Скользко сейчас на улицах. И грипп ходит.
— Извини. Я вообще не о том хотел.
— Ну так пой конкретику, не юли. Времени нет. Мне еще Кирилла отпаивать, он папе руку целовал, пульс двести, глаза на лбу.
— Смотри. По-моему, ты больше забираешь, чем даешь. Отца забрал, мать забрал, волосы забрал. Позвоночную грыжу дал.
— Паховой на складе не было. Муа-ха-ха!
— У меня кораблик был в детстве. Вот, на фотке. В марте я его по ручью пускал.
— Помню. Все дети в школе, а один маленький мудак вместо хлеба кораблик купил и ходит. Вдоль ручья. И в штаны. Что папка заругает.
— Я бы сейчас послушал. День бы сидел и слушал. И два. Он меня не ругал. Не помню.
— Извини. Прецедентов не было. И не будет. Чего хотел-то?
— Верни кораблик.

ссылка


.

Эрдоган назвал Путина другом и предсказал прорыв в отношениях с Россией (РБК).

Который будет результатом прорыва в отношениях Владимира и Реджепа. Они встретятся в формате «всё включено», жахнутся в дёсны и обменяются кругами для унитаза. Турция войдет в СНГ, ЕВРАЗЭС, БРИКС, ТВИКС и ТВИН ПИКС, Россия войдёт в НАТО, возьмёт со стола нужные документы и быстро выйдет. Зачатые в Анталии помидоры доберутся до Сахалина, рожденные за гаражом зимогоры дорвутся до Мармариса, двуглавый полумесяц в четвёртой фазе взойдёт над Единой Медведицей и наступит быстрый безболезненный рай, с вами был Павел Глоба, оставьте сдачу себе.

07.08.2016

ссылка


.12795551_10206588633533554_7076226655060272693_n

Немного исторической математики

Если открыть рыцарю забрало, влить разом 3 литра пива, закрыть и поставить на предохранитель, то через 25 секунд он пойдет, а через 40 побежит в туалет, одновременно теряя пространственную ориентацию. Если опыт происходит в общежитии для рыцарей, то его движение по коридору в целом прямолинейно, с поправкой на борозды, которые он локтями делает в стенах, и на падения после каждых 5-ти шагов. Взрослый рыцарь может на бегу пробить 2 последовательно поставленных двери, пьяный взрослый толстый рыцарь — 4. Пробив все двери и обнаружив, что туалет не только дамский, но и предельно занят, рыцарь перестает вести себя каким-либо образом и просто струится из всех щелей. Пользоваться дамским туалетом он не вправе, ибо он рыцарь, пользоваться туалетом вообще он обязан по той же самой причине. Добавляем в это уравнение дефицит времени, отнимаем способность мыслить, умножаем скорбь, получаем 6. Именно столько часов нужно рыцарю, чтобы высохнуть изнутри, если не найдется желающих помочь ему снять доспехи.


14355093_10208125355990655_8437970429041219350_nВ Лондон десятого прилетели, суббота, жарко, все в рубашках, одни мы в польтах, они стоя, мы у них внутри на ремнях. Висим, потеем, наблюдение через пуговицы ведем. Приехали к королеве, худенькая такая, сесть предлагает. Спасибо, блядь, постоим. Булганин говорит: разрешите засвидетельствовать вам, женщина, уважение советского правительства и поблагодарить вас за достойный прием. Санька булганинский, то ли угрелся на брюхе, спросонок, то ли наоборот, переволновало его, тут же из-под пальта: прием! Ну, бывает такое, перебдишь в тяжелых условиях, башка выкл, рефлексы вкл, лепешку ляпнешь посередь клумбы. Булганин по животу себя стукнул, сильно так, королеве поклонился и руку не к сердцу, а к брюху приложил, опять сильно. У меня в наушниках дышало, вдруг перестало. Хрущев говорит: не отрицая общей агонии, которой вы тут предаетесь, хотел бы подтвердить твердое намерение советского правительства и народа дружить. С вами как страной, королевой и просто ледью. Она говорит: ю велкам. Я говорю: Саня, прием. Молчит. Не дышит. Нихуясе на подносе. Маршал Советского Союза капитана Девятки в складках у себя прикопал, оба при исполнении. Но охранять внутренний периметр руководителя государства простому карлику не доверят. Он сперва спецшколу при цирке кончит, потом ВДВ, четыреста прыжков с зонтиком, потом Академия Мужества при Генштабе, раз в семестр клиническую смерть сдать и сто метров брассом с оружием в кипятке. Я говорю: Саня, брат, вякни, квакни, нахуй пошли, не молчи, пожалуйста, сука, брат. Булганин говорит: от лица себя и присутствующих здесь Никиты Сергеевича позвольте вам всесторонне откланяться. Хрущев говорит: приятно было иметь честь, всего вам самого наибольшего как женщине и политику. Я говорю: Саня, я к жене твоей не пойду, не скажу, не смогу, не понесу тебя, Саня, дыши, сука, дыши, мудак! Хуяк! Хрущев меня локтем, аж ебало на сто восемьдесят, как у совы. Гимн заиграл. Союз нерушимый рипаблик свободных. Подпевает, вежливая, на личике всем привет, в глазках идите нахуй. Межгосударственный, блядь, ордена подвязки Ленина двуполый квартет. Хуяк! Квинтет. Три голоса мужских, один женский, один покойницкий. Я аж из ремней чуть не выпал. Потом уже спросил его, хули ты молчал, выпидрыш кровеносный. Да, говорит, как-то в печали был. Жить, говорит, как-то в общем хотелось, а вот дышать — как-то нет.

ссылка


.

Много лет прошло, ничего не поменялось, все то же. Все так же капают слюни на выбритый подбородок и пялится жадно враг на разметавшуюся во сне Россию. Темной ночью откроют шендеровичи створку, впустят и, радостно пресмыкаясь, станут смотреть, как топчет васильковое поле танковая колонна. Как падают церкви и встают бездушные ветряки, как раздают голодным детям презервативы, как выносят Ленина из гробницы и вносят Леннона, как хохочут саксофоном над нашим гимном и прямо на людях скрещивают березу с овцой.

Помни: Родина родила тебя в муках, чтобы ты принял за нее муки. Береги ее. Стой на страже, даже если лежишь в больнице. Не расслабляйся. Устал глядеть — нюхай в прицел и слушай. Не забывай. Что у нашего государства осталось лишь два союзника — дороги и дураки.

полотно: http://finbahn.com/вася-ложкин-россия/

ссылка


.13925197_10207851044653043_8776653620823881131_n

Россия во многих военных областях превосходит большинство стран НАТО, включая США… Способность к выявлению и перехвату сигнала, ведению войны в спектре электромагнитных волн, по сути, во всем, что существует в воздухе вокруг места боевых действий, — еще одна сфера, в которой американцы были особенно впечатлены навыками российских военных. И эти навыки безусловно превосходят навыки военных сил НАТО… (Военный обозреватель Би-би-си Джонатан Маркус)

Когда мы на вас нападем (а мы не будем этого делать), и наши танки пройдут Европу как нож сквозь постное масло, наши умные бомбы запостят Вконтакте фотки мест, куда они прилетели, наши лодки всплывут в ваших аквапарках и прудах с жирными лебедями, наши солдаты сядут в ваших барах и закажут баб — вы поймете, что мы великая и удивительная страна. Это мы запустили в космос Белку, Стрелку и Гречку. Это мы способны питаться и вытирать жопу одной и той же бумагой. Это мы, распавшись на куски, остались тем же, чем были. И это вы должны быть нам благодарны за то, что мы спим и видим, а не встаем и делаем. Бойтесь. Если нам прикажут (а этого не случится), мы легко сравняем ваши города со своими.

ссылка


.

В ходе заседания президиума экономического совета Кудрин объяснял Путину, что Россия технологически отстала и должна встраиваться в международные технологические цепочки. Для этого нужно снижать геополитическую напряженность. Путин в ответ напомнил Кудрину о тысячелетней истории и заявил, что страна не станет торговать суверенитетом, пусть она в чем-то и отстала. При этом источники газеты заявили, что Путин в этом разговоре пообещал защищать суверенитет России до конца своей жизни (РБК).

Видите ли, господин Кудрин… Русский президент не иконкам молится на айфоне, а на Афоне иконам. На византийском троне по-большому сидит. И неважно, что царский кафтан надет пуговицами назад и идти в нем трудно. Ему идти не надо, он уже пришел. Его цель теперь — стоять. На своем. Как бы это ни было больно и странно.

ссылка


14141492_10208005048543044_1096310092148715357_nМне с вами не о чем говорить, я государственный человек, мыслю не сферически, как вы, а подсудными категориями, как бог. Все, положенное мной не в карман, упало и разбилось к хуям, или попало к вам, что абсолютно одно и то же. Я хочу, чтобы мне дали достроить БАМ, разобрав для этого МКАД, я люблю и умею тратить ваши средства на свои цели, которых у меня нет, и ваше счастье, суки, что в принципе быть не может.

ссылка


14138005_10208032844517926_3049354111762770569_oВладимир Путин встретился с учениками Хогвартс. Показал им яйцо, иголку, дал погладить и покормить Пескова. Патриарх, также приглашенный на встречу, молчал столь угрюмо и напряженно, что у него выбило в ушах пробки.

источник


.

ЧАСЫ
Часы должны показывать просто время. Если они показывают что-то другое, их надо за это бить. Об пол. И покупать другие. Если часы измеряют угол наклона члена, показывают пробки, скидки и прочие фокусы — это не часы, а жулики, которые ржут над тобой, когда ты на них не смотришь. Часы могут выглядеть как угодно, хоть треугольные, но если в них завелась четвертая стрелка, блютус и окошечко выдачи квитанций пульсометра — немедленно встань и посмотри в зеркало. Тебя надули. И ты лопнешь по их команде.

Разнообразие — важная особенность бытия. Я учился в простой советской школе в Ташкенте, и справа от меня сидела красавица Перманганат Калиева, а сзади — скромные близняшки Замухра и Задрипа Таксебеевы. Мир был цельный, полный, логичный, я таскал за косы красавицу, списывал у близняшек, и никогда не путал одно с другим. Так же и часы. Ты их господин, и они молча ждут. Если же ты станешь ждать, когда они определят наилучшее время для похода в сортир с учетом пробок, давления в системе и количества пуговиц на штанах — ты станешь рабом слуги, позором семьи и образцом для хорового презрения. Кукушка в часах не должна нести яйца и всякую херню на четырех языках. Будь проще. Носи нормальные. Тем более, что это потихоньку уже становится модой — выглядеть вменяемым и не капать в дисплей слюнями.

ссылка


.
Я губою к губе присосуся,
Партбилетик присуну в ладонь.
Будь готова, чудесная дуся,
Развести в старой жопе огонь.

ссылка


.
Перфокатор, брат Терминатора

А вот и робот-секретарь, которому вместо шоколадки надо будет дарить батарейку. Его уникальность в том, что он сам себя собрал на свалке из говна и палок и устроился на работу по знакомству с роботом-пылесосом.

https://www.youtube.com/watch?time_continue=1&v=JxSDTJb8Jwg

ссылка

 


.

Воцеловление крайних губ, ч. 1

Его сиятельство бриллиантами князь Ротенжоп-Оптоволоконский шагнул к трону, уронился на колено и подал государю заявку. Государь долго думал, которым щупальцем взять, не решил, заснул с открытыми глазами, продолжая гладить обнявшего ногу плюшевого медведя. К повисшей в воздухе бумаге неторопливо приблизилась крестная младогосударыня, приставила к очкам тяжелый маршальский лорнет, прочла вслух.

— Прошу тебя, всея нефти, газы и многия тополи со искандеры царь, дозволить строить таврический мост лишь с одним перилом, поелику на второе перило доска покурвлена отсыремши, и с количеством вышел незнамо чьей вины проебон.

Кивая каждому произносимому слову, князь улыбался тройной улыбкою рта и складок. Державшая лист рука его дрожала столь хитрым адресным образом, что крестная младогосударыня узрела в дрожи не усталость, а трепетание перед нею. Смягчилась. Выбросила из-под платья комок навозу, вздохнула. Сказала, как всегда, кратко. Слово это во дворце уже тридцать лет произносила она одна. После чего рынды за троном легонько и однократно покачивали государя, подтверждая распоряжение регентши.

— Дозволяю.

Подскочив на положенные полметра, князь клекотом изъявил благодарность и стремительно упятился из покоев. Обычай строить таврический мост был древний, восходящий еще к четвертой, домонархической каденции государя. Всего их было возведено более сорока, и более месяца они не стояли, акцент делался на молодцеватость и скорость стройки.

Младогосударыня взяла у медведя айфон, поставила беззвучный режим, вернула, щелчком сухих пальцев выключила умные люстры. С тех пор, как государь был вторично мумифицирован и объявлен правящим символом, церемонии хождения, выглядывания в окно и появления на балконе были отменены. Но вечный сон его на посту стал главной духовной осью, вокруг которой медленно крутилась страна. По настоянию министров пропаганды государя то и дело апгрейдили, добавляли конечностей, глаз, ушей, ставили вибромоторы, даже продули один раз в аэродинамической трубе, имитируя полет над равниной — Пихалков снял отличный фильм «Живой среди других». Но по требованию патриархов все это демонтировалось, фильм запрещался, а Пихалкова отлучали от потоков и заставляли каяться в проруби. Не казнили его по единственной причине: именно он, светлая башка, придумал добавить государю вторую голову и священный титул — Стерхиоптерикс Всея Руси.

ссылка
.



РАЗЪЯСНЕНИЕ

При каждом нажатии на экран его пиксели взаимодействуют с информацией, записанной на жировой оболочке пальца. Что ел, чем вытирал — это все тут же переносится в облако, которое маскируется под обычное. А там все крутится внутри, биг дата работает, собирает компромат, сгущает, клонирует личность, и вот вас уже двое, один трет в ванной жену, другой в облаке ненавидит все российское и знает, где на мебельной фабрике повернуть кран, чтобы у всех диванов обивка лопнула. Сбор материала — это только начало. У них в пустыне экзоскелеты людей гоняют, пока еще примитивные, но уже по команде из центра могут сесть на рельсы и требовать реформы суда. Это прямая угроза. Подмена населения на протестный электорат может произойти мгновенно с помощью интернет-магазинов. Именно поэтому создана контрразведка Почты России. Сейчас для того, чтобы тебя взяли в плен, достаточно развернуть и потрогать. Дмитрий Анатольич вон подтвердит. Ему вчера обновление не на айфон прилетело, а прямо в голову. Хорошо хоть, в баре сидел, отпоили.

ссылка
.


ФСБ Ксений Собчак криминал базар Крым обвинений йок. Майор искал, падпалковник, надпалковник, секретный гидромаршал поисковые усы с помощью удаленный текстовый робот падеж проверял, склонений, разночтений — хуй. В смысле, гут. Ксений Собчак круглосуточный пропуск первый канал, второй канал без сменный обувь пьяный можно приходить, любые слова говорить, петь, на себе показывать. Почему? А вот. (Нойе Ашхабадише цайтунг)


Пара слов тем, кого хуй как часть речи пугает больше, чем хуй как часть жопы. Храни вас Бог в промасленной бумаге, друзья. Если мытая морковь — самое яркое, что у вас было в жизни, то об этом факте лучше скорбно молчать, чем держать его перед собой на подносе. Тело, с детства погруженное в хорошие манеры и примерное поведение, при погребении оценивается на вес. В отличие от веселого матершинника, которого полностью хуй зароешь.
ссылка


.
Так обидно, что я похож на лоха. Из метро выйду — и вся уличная срань ко мне прилипает. Какой-то фофан пестрожопый какие-то подделки под нос сует: «Скажите, это деньги русские или нет?» Вот кто? Кто, блядь, огромными буквами на моем лице написал: лох очкастый шагающий, наеби сам, передай другому? Это унизительно. Через двадцать метров их уже двое, друг к другу прислонились, один отклеился, жвалами в мою сторону шевелит. Типа, землячок, помоги, у человека током кота убило, видишь, стоять от горя не может, дай немного на медицину. Весь такой в желтом облаке дурных намерений и обмана. Хуинплен рядом с ним улыбается, слюни как веревки, в обоих шарах по литру.

Что-то надо в имидже поменять. Может, очки и рукава перед выходом на улицу кровью пачкать. Чтоб уважали.

ссылка