Дмитрий Галковский — Человек, который решил стать взрослым | + интервью

By , in Без рубрики on .

12 мая умер Константин Крылов. У него подряд было три инсульта. Сначала его положили в Боткинскую больницу. Первый раз тряхнуло здорово – у него частично парализовало тело, искривился рот. Речь к счастью не была затронута. Боткинская это профильная больница, там сильная группа врачей по таким болезням, но все перекосил короновирус – соседнее с Крыловым отделение было инфекционным и там как раз лежали больные с ковидом. Родные и друзья решили перевезти Константина в подмосковный санаторий, наверное, этого делать не следовало. У него случился второй инсульт, сам по себе не тяжелый, но после него стало ясно, что ситуация 50:50. Врачи что-то плели жене про восстановление функций, но было ясно, что они ничего не могут поделать — все зависит от случая. Константина перевели в районную больницу и ночью с ним случился третий удар, он впал в кому. Санитары этот момент пропустили – там тоже все были заморочены эпидемией, ну и лежал Константин прямо скажем не в кремлевской спецбольнице. Когда жена к нему приехала, он был уже мертв. Есть подозрение, что у него также был ковид – какая-то путаница с анализами.

К сожалению, история про полшкипера и Левшу, о которой я писал несколько дней назад, дошла до своего логического завершения. Супруга Константина сделала все что могла, подняла на ноги друзей и знакомых, но помочь Константину могла только помощь на государственном уровне.

Хочу написать о Крылове. Человек он был сложный и жил в эпоху перемен. Вокруг его имени, на мой взгляд, много путаницы.

На смерть Крылова появилось множество некрологов от самых разных людей. По ним видно, что это был настоящий «общественный деятель». Человек общительный, известный, причем общающийся с людьми из слабопересекающихся множеств.

Почти все эти некрологи начинают с того, что Крылов был «русским националистом», «русским национальным политиком», «главой националистической партии» и т.д.

Это неверно. Крылов принимал участие в различных мутных организациях, созданных правящими кругами РФ. Некоторые из них были явно фиктивны, другие сделаны «на вырост» — мол, учредим, а там посмотрим, что выйдет и, в зависимости от политической ситуации, утилизуем в любую сторону – в какую НАМ будет выгодней.

В принципе политик может начать и в таких жутких стартовых условиях – тому есть ряд примеров (например, движение ирландских националистов или сепаратистов Басконии), но политик из Крылова был никакой. НОЛЬ.

Какое-то время мне казалось, что он сознательно придуривается, но потом я увидел, что это просто очень наивный и доверчивый человек. Он не получал те суммы, которые ему выделялись, а делал очень много (т.е. что-то изображал своим мельтешением).

Эта катавасия началась в начале нулевых, и продолжалась лет двадцать. Если бы Крылов имел хоть какое-то понятие о политике, его разговор с каким-нибудь Милитаревым должен был вестись в следующем ключе:

— Костя, ура, я выбил тебе 600 долларов. Прям щас передам.
— Вить, а чо так мало-то?
— Ну, сам понимаю, что мало. Сколько смог.
— Это хорошо, что ты понимаешь, что мало.

И вот тут неожиданно 600 бы превратились в 800, 800 в 1 200 и дошли бы постепенно до 2 000. А если поднажать – то и до 4 000. Но не больше – остальные 6 000 Милитарев по любому оставил бы себе. Человека-то видно. СРАЗУ.

Костя сидел на 600, а потом вообще стал работать за еду.

В прошлом году я периодически встречался с Константином, и мы с ним беседовали на разные темы. На самой первой встрече я его стал расспрашивать о политической деятельности, он жаловался на то, что его партию много лет не могут зарегистрировать, но зарегистрируют, но вот чтобы ее зарегистрировали, нужен юридический адрес и офис, офис где-то на отшибе, туда надо подниматься на пятый этаж без лифта, а у него одышка, еще надо платить за аренду, а денег совсем нет, и вот еще надо что-то оформить у юриста, провести какое-то отчетное мероприятие, и то, и это – и по мере того, как он это рассказывал, он вдруг сам отчетливо понял, что все это фантастическая ХЕРНЯ.

И тогда я ему сказал:

— Константин Анатольевич, зачем вам это нужно? Пользы от этой бюрократии нет, и не будет, а она еще и деньги из вас сосет! Такая работа, которую вы ведете, навскидку стоит миллион рублей в месяц. Это утомительно, нудно, а кроме того это политический экстрим, причем задираете вы не пенсионеров, а то чеченских боевиков, то армянских уголовников. На вас самого вешают уголовные дела. За миллион – не на организацию, а лично вам, терпеть можно – если нет других источников дохода. А источники у вас есть. Бегите оттуда сломя голову и забудьте как страшный сон.

Против моего ожидания, Крылов сказал, что последнее время сам пришел к такому выводу. Но он не понимает, какие у него могут быть источники дохода, и стал что-то лепетать про платные лекции. Выяснилось, что они ему приносят в месяц тысяч 30.

И тут я с ужасом убедился, что Крылов совершенно не знает себе цену и не понимает, насколько он популярен среди читателей.

Коминтерн кремлевских менеджеров и московские политтехнологи из украинских масонских лож, — публика, спотыкающаяся в объяснении себя уже в первом поколении, много пляшет о шовинизме Крылова, и соответственно, русского народа. Однако русские совершенно не нуждаются в объяснении себя и своих пристрастий. В России их надо воспринимать как данность, а не учить и переучивать. Это абсурд. Подстраиваться должны все другие народы и очень важно, чтобы это подстраивание было добровольным. Ибо сопротивление при таком численном соотношении безнадежно.

Шовинизм никогда не был характерен для русских, даже националистические этнографы Германии 19 века специально отмечали эту особенность русского народа. В процессе колонизации коренное население центральной России легко скрещивалось со всеми народами, населявшими империю, от черкесов до якутов, и усваивало их обычаи. Проблемой здесь являлась скорее всеядность и излишний синкретизм.

Крылов-публицист конечно был шовинистом, но это такая же его личная особенность, как зороастризм. Он доводил до литературного гротеска ненависть к другим народам, у него получались точные карикатуры, однако уже своей карикатурностью они делали всю концепцию несерьезной. В сущности, такие люди могут говорить что угодно, важно как они действуют. Уверен, что за всю жизнь он не обидел лично, — а не виртуально, — ни одного человека, среди его друзей есть люди любых национальностей. Он хотел построить партию, чтобы обижать другие народы, но я о его политической дееспособности уже сказал. Однако на фоне этих декларируемых намерений карикатурный национализм выглядел плохо. И что особенно плохо – неумно. Это при том, что Крылов, конечно, был очень умным человеком.

Думаю, ему просто хотелось какого-то «костерка», он был большой шутник и иногда шутник злобноватенький. К этой же епархии относится знаменитый «зороастризм».

Зороастризм этот был абсолютно перпендикулярен политической деятельности Крылова: во-первых, от записного русского националиста ожидалось православие, в крайнем случае – индифферентное отношение к религии, а во-вторых, после гиперинформационной «неолитической революции» люди стали догадываться, а что собственно такое это зороастрийство, кто его придумал и зачем. Догадался и Крылов.

Вероятно, сначала Константин оригинальничал и кроме того его доставала примитивная религиозная пропаганда 90-х, но постепенно шутка затянулась и наконец Крылов стал ее поддерживать из упрямства – хотя она ему явно мешала. Поскольку он был профессиональным философом, то легко подводил мировоззренческий базис под что угодно – в том числе и под зороастризм. Ему на него было конечно плевать.

Если всерьез говорить о национализме Крылове, то он был гражданином России, то есть считал, что его родина – Россия, родина эта в опасности и ее надо в меру сил защищать, — так как это делают другие народы. Позиция тривиальная, но естественная для любого порядочного человека.

Он, правда, при этом не делал различия между малыми и большими народами, до конца не понимая, что разница здесь колоссальная. Тактика Эстонии не годится для России, и Россия уничтожает Эстонию самим фактом своего существования. В эстонском просто нет слов для перевода сложных русских текстов. В этом смысле он недооценивал Россию – также как самого себя.

13 мая 2020
цинк

 (продолжение)

Между мной и Крыловым разница в семь лет. Иногда семь лет это совсем немного, но иногда это разные поколения. Например, между родившимися в Советском Союзе в 1924 году и в 1931 году – пропасть. Поколению 24 года в 1941 было семнадцать лет, а поколению 31 года в 1945 – четырнадцать. Это разные судьбы.

Когда начался «ветер перемен», мне было 25 лет. Я был человеком закончившим курс советского образования и приготовленным жить в советском мире. Когда советский мир рухнул, мне был 31 год. Это половина жизни, когда человек полностью сформирован и измениться не может. Я и не изменился.

Мое поколение это поколение людей, которые принципиально отказывались от взрослой жизни. В эпоху хрущевской оттепели и последующего застоя (застоя чего? – оттепели!) в СССР была создана культура западного детства. Советские школьники вырастали на «Винни Пухе», «Мэри Поппинс», «Карлсоне», «Алисе в стране чудес» и советских авторах, развивавших, а то и просто копирующих общие сюжеты: «Приключения Незнайки», «Буратино», «Волшебник изумрудного города». Это было первое поколение, которое на 50% выросло в отдельных квартирах и на 90% не имело опыта дворовой шпаны.

Никогда не забуду удивления американского профессора филологии Евы Адлер. Мы с ней гуляли по Сокольническому парку, мне было около сорока, а ей около шестидесяти. Она стала рассказывать о книгах, на которых воспитывалась и упомянула «Приключения Гомера Прайса» Роберта Маклосски. Стала мне пересказывать сюжет, а я сказал, что его хорошо знаю, мне эта книга тоже очень нравилась, ее публиковали в «Пионере». Человек смотрел на меня с выпученными глазами. Оказалось, что у нас общий детский опыт. Она хорошо относилась к России и была восхищена классической русской литературой, но СССР Брежнева ей представлялся чем-то вроде Северной Кореи.

Проблема в том, что СССР того времени Северной Кореей и был. Советская средняя школа мало отличалась от школы западной, иногда это отличие было даже в лучшую сторону. Пионерские лагеря были аналогами лагерей скаутов. Но что было дальше, когда «ускакали деревянные лошадки, пароходики бумажные уплыли»? А дальше была советская армия с дедовщиной и дембельскими альбомами, а затем производство. Культура после школы тоже кончалась. Начинался «Вкус хлеба», «Тени исчезают в полдень», «Кабачок 13 стульев».

Поэтому люди моего поколения любой ценой избегали взросления. Их целью было остаться в детстве. Там они жили в своем мире и были неуязвимы. Никакая перестройка им была не нужна, тем более не была нужна катастрофа 1991 года. Штурма унд дранга они смертельно боялись, любой штурм казался им хамством.

Поколение Крылова, а равно Быкова, Носика и т.д. это уже совсем другие люди. К началу перестройки они только-только закончили школу, а в обвал 1991 года попали с университетской скамьи. Это было их время, время молодости и надежд. И они с головой нырнули в смрадное болото 90-х. Кто-то быстро утонул, кто-то отрастил жабры и научился прыгать с кочки на кочку. Некоторые в конце концов сделали социальную карьеру и достигли материального благополучия. Но все они забыли свое человеческое детство и потеряли ту культуру, которая у них была. Пускай в редуцированном лайт-виде для детей.

Странным образом они не только не стали свободными людьми, а потеряли уровень свободы, который у них имелся на стартовой позиции. И еще уродливая ситуация пересменка, который бывает раз в сто лет, стала им казаться социальной нормой.

Но, тем не менее, они, в отличие от моего поколения попытались стать взрослыми и начать взрослую всамделишную жизнь. То есть стали действовать на свой страх и риск. При полном отсутствии опыта и традиций взрослой жизни в нашем обществе.

Крылов наделал кучу ошибок. Зачем ему было связываться с ФСБ, влезать в сомнительные социальные авантюры, сотрудничать в фейковых СМИ, корчить из себя члена политбюро несуществующей партии, а главное панибратствовать с массой людей, которые не стоили его мизинца?

Но Константин прожил свою жизнь, и в его жизни было много событий взрослого человека. Беда в том, что взрослым человеком он так и не стал. Он это понял на склоне лет, и снова превратился в ребенка: в автора «Буратино» и в главный его персонаж – в кота База. И вот здесь он получил могущество и сполна расквитался с 90-ми.

14 мая 2020
цинк

 (продолжение)

Крылов написал много, но много лишнего, и еще больше лишнего наговорил-наболтал в чатах и блогах. К сожалению, этот человек мало себя ценил и очень сильно разменивался. Подавляющее большинство собеседников было недостойно даже его плевка. Когда мы с ним встречались, он часто вспоминал молодость, все это была какая-то блеклая невыразимая муть – почти на уровне «купил-выпил». Думаю, в молодости он был вполне заурядным человеком, но его талант постепенно рос и где-то к сорока Крылов вошел в ум. То есть у него не было сообразной молодости, он интеллектуально не перебесился, как это положено членам молодежной элиты. Отсюда его заскоки и взбрыки в зрелом возрасте. Ему, конечно, был нужен умный секретарь, который бы его ограждал от нежелательных контактов, и ему был нужен успех, который заставил бы его отказаться от изнурительных интернет-баталий с мещанами. Страшно подумать, какое количество чепухи прочитал этот человек о себе, и что еще хуже, очень часто на эту чушь отвечал чушью еще большей.

Чушь иногда подхватывали и тиражировали, причем зачастую это делали не коварные враги, а услужливые не по уму друзья.

Конечно, в диалогах Константина можно найти что-то интересное, но в целом… Он беседовал слишком непосредственно, быстро входил в то или иное эмоциональное состояние, но беседа в состоянии «эмоционального подъема» не была его сильной стороной – он не раскрывался. К тому же часто он выбирал себе в оппоненты фантастических ничтожеств.

Некоторых из них я вышвыриваю за шкирку из этого фейсбука. Константин с ними беседовал годами и отнюдь не для прикола. Довольно быстро за ним по интернету стал ходить шлейф уродов: бездарных литераторов, обиженных националистов всех мастей, сумасшедших троллей и просто сумасшедших. Этот шлейф часто доводил его до умоисступления, но он упрямо с ними продолжал общаться, полагая, что таким образом отстаивает правду, помогает развитию гражданского общества и создает общероссийскую партию. Реально же это портило и так испорченную атмосферу рунета.

Мне кажется, он не понимал элементарной, но хорошо скрытой марксистами истины – партией плебеев всегда руководят аристократы. Иначе просто не может быть. Сами плебеи не смогут сорганизоваться. Возможна партия земельной аристократии, промышленников, интеллигенции, но невозможна партия пролетариев. Причем партию трудящихся например добродушные (лично) капиталисты создать не могут. Там нужны феодалы с железной иерархией. В пролетарской партии Дисциплина. Там Строго. Я долго не мог найти подходящего образа для немецкой социал-демократии начала прошлого века, но однажды увидел картину Карла Рехлинга «Атака прусской пехоты в 1745 году» и понял – это оно.

Крылов хотел создать партию «русского народа», то есть плебса и в течение многих лет вел с представителями этого народа многоразличные интернет-дискуссии на тему еврей ли он или нет. А чего тут непонятного? Если человек задал такой вопрос, его надо бить, и не раз-два ударить, а извалтузить до такого состояния, чтобы он сам признался в еврейском происхождении. Так, мол, и так, я Кирилл Дормидонтович Сидоров, природный еврей. И папа у меня, -Дормидонт Никанорович, — еврей, и мама, Акулина Степановна, — еврейка.

Это и есть партия шовинистов. «Кто у меня в штабе еврей – решаю я».

Кто должен был заниматься рукоприкладством в партии Крылова – непонятно. Таких людей там не было, да и лидеров, которые должны были отдавать такие приказы – тоже. Что же строил Крылов? В последнее время, в значительной степени под влиянием моей агитации, он стал говорить о партии русских демократов и русских интеллигентов, но было уже поздно – за ним закрепилось реноме политического экстремиста.

Интересно, что когда я сказал, что при таком раскладе Крылова и его друзей просто убьют, что и будет означать успешное создание подобной партии («убили евреев» -«почему евреев?» — «дык, в очках») это вызвало с одной стороны страх (потому что обычно я говорю то, что бывает, и к этому привыкли уже тогда), а с другой стороны стали картинно ломать руки и плакать: «Галковский призывает к физической расправе». Ну конечно. Физическая расправа – это мой конек. Я этим славлюсь.

Конечно, такую партию ВСЕРЬЕЗ ни Крылов, ни его соратники строить не собирались. Но все обозначаемые усилия сводились именно к этому. Как называется такая практика, говорить не хочется.

Со временем я догадался, что Константин, как и все люди в нашей стране, получил марксистское воспитание (причем это воспитание было на совесть, он закончил философский факультет), и просто не понимал что такое партия, как партии создаются, как управляются и какие цели при этом преследуют организаторы. Он буквально не ведал, что творил. Это конечно ни в коей мере не освобождало бы его от ответственности, если бы не одно обстоятельство. Крылов был (постепенно стал) талантливым русским писателем.

Я немного писал о его художественной литературе, поговорю о политической и философской эссеистике.

Постепенно он нашел правильный тон таких текстов. Крылов человек простонародья и внешность его самая заурядная. Он никогда не умел одеваться, совершенно не разбирался в еде (что бы ни говорил) и, увы, просто не понимал, что такое здоровый образ жизни. Его окружение было такое же. Но Константин по своим природным качествам был умным человеком. Ум его зрел и развивался в 30 лет, в 35, в 40, в 45 – это очень редкое качество. И он превратился в аристократа духа.

«Аристократ духа» это стертое выражение, часто употребляющееся в ироническом ключе, но оно определяет очень важное и даже трагическое явление. Очень умный человек обречен на одиночество и требует того, чтобы ему интеллектуально подчинялись. С дураками спорить не рекомендуется. Но спорить с очень умными людьми занятие тоже малопродуктивное. Их надо слушать, а потом благодарить за сказанное. По-русски это называется «внимать». При том, что им-то, как раз в силу их ума, все время хочется интеллектуального общения и полемики.

Константин много писал для трудящихся, с матерком и фекальным юмором, при этом часто вживался в образ до такой степени, что было трудно представить, что человек способен на что-то большее. Что характерно, обильно используемые им неологизмы и фразеологизмы, все эти «мякотки», «писечки», «блядвы», «неруси», превращали брутальные инвективы в умозаключения какого-то второстепенного персонажа татьянтолстовской «Кыси» — книги настолько скучной, насколько может быть скучна 300-страничная подборка карикатур, причем на одну и ту же тему.

Но на этом фоне Крылов стал постепенно писать интересные вещи. Например некролог о Буковском. написанный в конце прошлого года. Это хорошая статья, написанная КАК НАДО. Уже зачин изобличает профессионала: Крылов вступается за Буковского и Буковского прощает – перед тем как уничтожить. Подборка фактов, в общем, всем известных, сделана так, что бьет в одну точку и постепенно выявляется основной порок Буковского и трагикомичность его жизненной ситуации. Это отличная статья. Таких статей у Крылова не так много, как хотелось бы, но их легко можно набрать на том «Избранного лучшего». И их было бы гораздо больше, если бы Константин остался с нами. Но он ушел…

15 мая 2020

цинк

 (продолжение)

Константин Крылов умер счастливым человеком. Он нащупал выход из тупика, в котором блуждал всю жизнь. Последние годы у него был творческий подъем, появились благодарные читатели: не жежешное дурачье, разлакомившееся общением не по разуму с доверчивым человеком, а обычные поклонники, которые не лезут с нелепыми нравоучениями, а смирно сидят на стуле, дарят предмету своего обожания цветы, если повезет, радуются ответу на вопрос, и несут домой заветную книгу с автографом.

И умер Константин легко – насколько вообще приложимо это к смерти. Вообще-то приложимо – есть «легкая смерть», смерть во сне. Страшно, во что человека может превратить инсульт, я это видел еще в ранней молодости и запомнил на всю жизнь.

«Золотой Ключ» был для него ключом в писательский рай – он летел как на крыльях («Крылов встал на крыло») и нагромоздил под одной обложкой тексты, которые разбирать не разобрать на десять книг и сто рассказов.

Очень рад, что смог как-то поучаствовать в этой сбыче мечт. Константин ее выстрадал своей жизнью и, как сейчас видно, это было утешение, которое Господь ему даровал в самом конце.

Константин был доволен тем, что я сначала лестно отозвался о его литературных трудах, а затем стал общаться лично. Конечно, и для меня это было честью. Мне все хотелось его угостить, я приглашал Крылова в хорошие рестораны. Но у него были уже проблемы со здоровьем, так что выбор блюд был невелик.

Константин первое время меня немного побаивался и старался не спорить, он просто не понимал моего характера, а потом понял, что спорить не о чем, я никогда ни с кем в реале не спорю. Даже задать вопрос кому-либо для меня большая редкость. Русские станут хорошими ребятами, когда, наконец, поймут что спорить неприлично. Это признак низших классов.

Говорили мы о многом, в основном шутили, но иногда затрагивали и серьезные темы. О его произведениях я старался не говорить, то есть говорил довольно много, но в смысле советов по публикации: выпуск «Буратины» в виде комиксов или аниме, превращение книги в интерактивный спектакль и т.д.

Я считаю, что мастеру никогда не надо говорить под руку – будет только хуже. Даже если он согласится с критикой и начнет что-то исправлять, это его собьет, и в других местах он начнет ошибаться еще больше. Есть выражение «дураку полработы не показывают», но «полработы» умному показать тоже сложно – он не знает авторского замысла, поэтому сам находится в дурацкой ситуации.

Я писал о недостатках «Факапа» – там взят слишком большой масштаб и частная история Арканара растворяется в полуденном мире. Сами Стругацкие хорошо понимали разницу между литературной вселенной и отдельными произведениями цикла. В «Факапе» мера нарушена. Фактически это несколько произведений, которые мешают друг другу.

Крыловский «Буратино» безобразно разросся. Его надо отредактировать – я мог бы сделать лайт-версию, будь на то авторская воля или воля хранителей наследия. Сомневаюсь, чтобы Крылов, да и любой автор на его месте, на это бы согласился, тем более это касается его окружения.

После успеха первой части у Крылова родилась головная концепция книги как энциклопедии человеческих грехов, она ему очень нравилась, но, увы, находилась в разительном противоречии с тем, что он писал на самом деле. Такие конструкты неизбежно затемняют авторский замысел, мешают читательскому восприятию и их надо гнать поганой метлой. Философ и писатель это очень разные профессии.

Крылову удалось создать яркие образы: кот Базилио (альтер это автора), Алиса, Карабас. Очень задвинут Буратино, вплоть до превращения во второстепенный отрицательный персонаж – читатель по нему скучает, ждет когда «Деревяшкин» вынырнет в очередной раз на поверхность мейнстрима, но каждая новая встреча оказывается все более разочаровывающей. Разочарование тем больше, чем больше читатель понимает, что в конце повествования образ Буратино должен раскрыться, в нем содержится какая-то огромная тайна.

Многостраничная порнография в романе неинтересна и утомительна, — настолько насколько это может быть в контексте серьезного произведения. То есть СИЛЬНО.

Брутальная эротика книги отталкивает многих (очень многих) потенциальных читателей и почитателей этого произведения. Причем, дело не в ее наличии (наличие-то как раз более чем оправдано – показываются звери, недопревратившиеся в людей), дело в нарушенной мере. В «Ключе» автор не на шутку расшалился. Крылов оттягивался за тусклую молодость и еще более тусклую зрелость своей бытовой жизни. И более того, в этом выразилась вообще ненависть Крылова к той жизни, в которую он был кем-то помещен, и которая по мере роста его таланта вызывала у него все большее отторжение.

Бурбаки ввели в научный оборот дорожный знак «крутой поворот» – им они обозначали не очевидные ходы в цепочках своих умозаключений. В начале дальнейшего изложения использую этот знак и я.

Как известно фишка «Плейбоя» заключалась в том, что редактор додумался до гениальной в своей простоте вещи:

— Журнал с голыми девочками это журнал для мужчин. Но мужики умные. Поэтому именно потому, что это журнал для мужчин, туда можно помещать серьезные тексты: интервью с писателями и философами, политические статьи, рецензии, произведения Набокова и Лема.

Это оказалось более чем удачным решением, потому что, кроме всего прочего, соответствовало геологическому процессу в развитии западного общества. До 50-х годов в западной культуре было противопоставление самцов и интеллектуалов. Это было связано с асексуальностью христианской культуры могильщиков и с социальным угнетением интеллектуалов и буржуа со стороны аристократии. Но интеллект это видовой признак сапиенса, по нему идет половой отбор. Поэтому более умная особь, как правило, является более сексуальной. Образ задрота-ботаника в «Плейбое» сменился образом преуспевающего интеллектуэля, окруженного восторженными красотками. Это был элемент процесса, названного позднее «сексуальной революцией». В 19 веке Мопассан высмеивал усатых самцов-солдафонов, покорителей дамских сердец. Это было очень востребовано читающей публикой. Но простите, кем был сам Мопассан и какой образ жизни он вел? И как это сочеталось с его произведениями. Да вот так и сочеталось.

Одновременно «Плейбой» легализовывал секс, превращал его из полукриминального развлечения идиотов (то есть неаристократов) в элемент мещанского процветания.

Но речь не об этом. Представьте себе, что кроме «Плейбоя» никаких других журналов нет. Поэтому статьи по богословию, истории, текущей политике, даже по философии и ядерной физике печатаются в «Плейбое». Вот это и есть ситуация русской журналистики после 1991 года.

Первый форум рунета, в котором и дебютировал Крылов, назывался «Корчма». С тех пор у нас на протяжении 25 лет везде одна корчма – с Приговыми, Холмогоровыми, Ольшанскими, Белковскими, Невзоровыми, Сорокинами, Носиками, Доренками и тутти кванти.

Некоторые из них, — почему бы нет – были бы хороши на своем месте, как был хорош Хью Хефнер (редактор «Плейбоя»). Но они проникли всюду и изгадили все. Серьезный разговор в России стал невозможен с 1991 года. Его и не было. Интернет здесь парадоксальным образом ухудшил ситуацию, ибо снятие барьера публикации редуцировало печатное слово до надписей на заборе.

Философ по своей основе резонер. С ним общаются, он резонирует как камертон. Тип личности философа – Сократ, который ходил по рынку и беседовал с людьми. Когда Крылов умер, в магазинах вдову стали спрашивать – а где ваш муж, что с ним случилось? Он любил беседовать с продавцами и покупателями. Таким же человеком был отец Олдадмирала, преподаватель философии из РГГУ – с ним общались все бомжи на районе.

И вот Сократ попал в 90-е, залез в интернет и оброс «собеседниками». Которые стали его клеткой, от которой он начал постепенно сходить с ума. Причем выхода не было – оплейбоино было все. Ненависть к этому копилась у Крылова годами, десятилетиями и наконец привела к взрыву «Золотого ключа», где он всех доморощенных хефнеров превратил в персонажей порнографического романа. Точнее философского романа, сделавшего плейбольство элементом издевательства над остервеневшими мещанами (плебеями). Причем само это издевательство тоже сделано с многослойным философским гиперинтеллектуализмом. Чтобы до каждого доходило постепенно и в меру его уровня интеллекта. Один культ «дочки-матери» чего стоит – тут все, включая версию подлинной истории христианства с его «Марией-Магдалиной».

18 мая 2020

цинк

(окончание)

По природе своего литературного таланта Константин был пересмешником. С созданием сюжетных линий у него было туго. Между прочим, это общая проблема писателей. Писатель прежде всего аранжировщик, причем инерция аранжирования у него идет до конца. В этом он является антиподом мыслителя. У философа колоссальная инерция мысли – он выводит одно следствие из другого пока это возможно. Там где обычный человек делает два-три-четыре логических хода (чего часто бывает недостаточно) и затем останавливается, философ делает столько ходов, сколько надо. Иногда десятки и сотни.

Писатель до бесконечности варьирует и иллюстрирует одну мысль, до тех пор, пока видит для этого возможности. Возможностей он видит много – тоже в сто раз больше, чем обычный человек.

Чуть ли не большинство художественных текстов Крылова – откровенные перепевы других произведений, Особенно повезло, как вы знаете, Стругацким.

Что касается «Ключа», то тут аранжировка дошла до абсурда: автор подражает произведению Алексея Толстого, которое является подражанием произведению Карла Коллоди, причем сам Коллоди является одним из персонажей «Ключа».

Я уже писал, что «Факап» Крылова зародился из нашего давнего разговора в середине нулевых. Он меня спросил о ненапечатанных «Святочных рассказах», я поделился некоторыми сюжетами. Один из них был «Легко быть человеком». Средневековые жители Арканара захватывают агентов Земли, с их помощью проникают в корабль на орбите, учатся, стоят флот и захватывают Землю. Все происходит очень быстро, потому что верхний ярус и цивилизации Земли и цивилизации Арканара состоит из сети примерно равных по мощности биокомпьютеров (мозгов). Поэтому борьба ведется на равных, чего земляне сначала не понимают. Между цивилизованным человеком и первобытным человеком нет никакого отличия по «железу». Отличие в материальной культуре и в программах – которые ведь можно перегрузить из одного мозга в другой (выучить язык, обучиться сумме знаний). Более того, первобытные биокомпьютеры могут быть помощнее – объем мозга сапиенсов постепенно уменьшался, потому что естественная выбраковка дураков перестала быть жесткой.

Крылов из этого сюжета развил целую книгу, весьма отдаленно похожую на мой замысел, а я свой рассказ так и не написал.

Разумеется, это ни в коей мере не является плагиатом, наоборот, я рад, что подтолкнул Константина к написанию остроумной книги. Ну и конечно до меня, и в неизмеримо большей степени, это сделали сами Стругацкие.

Что самое интересное, в тот же день я рассказал Крылову другой сюжет. Я недавно купил свой первый ноутбук и удивлялся его компактности и одновременно вместимости. И сказал, что интересно было бы представить развитие людей, которые после страшного катаклизма вернулись в первобытное состояние, но гораздо позднее нашли и смогли активировать ноутбук какого-нибудь среднестатистического пользователя. Причем этот ноутбук был бы единственным носителем информации о погибшей цивилизации.

Ну, вы поняли.

Заимствований в «Ключе» очень много, я что-то вижу, что-то угадываю, а что-то не могу определить. Например, я недостаточно знаком даже с фантастикой моего детства, а что же говорить о коллегах-фантастах Крылова, или точнее Михаила Харитонова. Например, Зоричи тут гораздо компетентнее и было бы интересно их послушать.

Я уже писал, что с точки зрения композиции и формы «Ключ» написан плохо, даже с учетом что, автор все время его перерабатывал и дорабатывал. «Факап» можно смело сократить на треть, а «Буратино» на две трети. Частью выделением ряда запутанных и даже самопротиворечивых сюжетных линий в отдельные произведения, а частью просто путем сокращения не очень удачных мест.

Третий том «Буратины» не дописан, но написан в большей степени, чем это кажется, потому что ряд готовых текстов автор не успел опубликовать, и еще у него есть масса неотредактированных фрагментов, заготовок и намёток. В этом можно разобраться, если понимать общий замысел, настроится на ход мысли автора и хорошо знать предмет, который он описывал.

Я это собирался сделать, но при тщательном анализе ситуации решил, что именно максимально адекватное и аутентичное дописывание текста, не говоря уже о его радикальной правке, это нарушение не только авторской воли (полагаю, скорее ее отсутствия, ибо Крылов «упал»), но и ПОДЛИННОГО авторского замысла.

Смерть Крылова должна была неизбежно сопровождаться глумлением и фарсом со стороны «клетки», внутри которой он жил и из которой он ушел. Первый взмах смычком сделал неизбежный Холмогоров, написав у себя в фейсбуке гигантскими буквами: «Перестаньте срать на могилу!» (так и написал), далее грушежуй Обогуев заявил, что я отравил Крылова из-за зависти к его таланту, типа Моцарт и Сальери, затем началась схватка между Погромом и Клизмой, ну и все как обычно. Дальше будет больше.

У тела Крылова собрались коротышки Носова. Персонажи клуба веселых человечков кувыркались кто во что горазд: «клялись у гроба», «просили прощения», делились воспоминаниями «пил с Костей четыре раза», грозились переименовать Москву в Николаевоград имени Крылова и дальше, дальше, дальше. Цирк в крематории как-то ограничивали только карантин и подлинное горе родных.

Однако вся эта чепуха уже не имела к Константину никакого отношения. Он поставил всем им шах и мат.

Я только сейчас до конца понял замысел прикола с зароастрийством. Ну что было бы, если бы Крылов принял православие и стал его использовать для сиюминутной политики. Холмогоров ел бы землю с его могилы, пошли бы юродивые, ложные батюшки, жежешные богословы и все бы превратилось в гнусный фарс. Но все очистилось пламенем – пламенем кремации и пламенем Иронии. Да прыгайте, коротышки – его уже нет. С вами нет. Крылов ушел быстро, чисто, и самим фактом своей смерти «переменил скатерть». Потому что работал Мастер, который предвидел и предчувствовал внезапный уход еще с молодости. У Крылова все получилось – не смотря на то, что умер он на пике своего творчества и мог бы написать еще многое и многое. Может быть – лучшее. Но в целом он успел высказаться и осуществиться. Константин, ты все сделал четко.

«Ключ» заведомо написан как произведение, которое не будет закончено и останется грандиозными развалинами – но этот колизей с разваливающимися сюжетными линиями и прямым издевательством над читателем будет объединен (уже объединяется) в электронный метатекст – включая посмертные апокрифы и неизбежные дописывания и переработки. Этот метатекст будет прообразом будущей русской литературы или прообразом её будущего зияния, но главное — памятником нашей эпохе, эпохе в которой жил человек, которого не должно было быть – но он был, все видел и все написал.

В текстах Крылова есть мистика. Кажется что много страниц «Ключа» написано угасающим сознанием и может быть Баз, Алиса, силовое поле чудес — это последнее что видел и чувствовал Константин в подмосковной больнице – лежа в темноте и постепенно превращаясь в персонажа своего романа.

Бедный Костя, светлая тебе память в сердцах тех, кто тебя знал. А память в русской литературе будет конечно всегда.

20 мая 2020

цинк




Жизнь и судьба 


Жизнь и судьба (начало)

Однажды Крылов в сердцах написал адептам советской власти:

— Галковский вам все разложил по полочкам – сиди и читай, а вы рыло крючите. Кто вы и кто Галковский, человек на вас время тратил – учитесь!

Я думаю, им это было сказано не только обо мне, а и о себе, причем сказанное обо мне было не очень верно, а сказанное о себе – не просто верно, а, что называется, наболело.

Для меня дихотомия «советские – несоветские» перестала иметь смысл после начала 90-х. Различие между людьми не в политических убеждениях, а в типе мировосприятия. Думаю, Константину только предстояло дойти до понимания этого печального факта. Все люди делятся на мещан-филистеров и на интеллигентов-интеллектуалов. Сагитировать мещан быть интеллигентами невозможно. У мещан есть обычные человеческие эмоции, но нет эмоций высших. Они не понимают, что это такое. Горе от потери близких им доступно в полной мере, но они не могут понять человека, который плачет от созерцания звездного неба. Такого человека они не понимают, он им кажется сумасшедшим. Интеллектуалы на самом деле платят им той же монетой, и даже хуже. Трудно представить ту степень презрения, которую испытывает интеллектуал к мещанам. Единственное и спасительное исключение – это семейные отношения. Там действует другой критерий: родной-чужой.

Крылов всю жизнь общался через блогосферу с читателями и не понимал, что таким образом он, прежде всего, общается с «писателями». Большинство активных блоггеров это бездарные литераторы, видящие в собеседнике конкурента. А поскольку они бездарны и не могут одержать верх в честной полемике, то стремятся редуцировать разговор до грубой ругани, пишут с подставных аккаунтов, подкручивают статистику, а главное – постоянно лгут. Это мещане, дорвавшиеся до печати. Интернет понизил планку публикации до такой степени, что через нее легко перешагивает и ребенок. Люди стали дорастать до своего рака – Чехов говорил, что мещане хорошие милые люди, с ними только не надо разговаривать об абстрактных вещах. Благодаря интернету мещане стали разговаривать сами.

Чем больше Константин беседовал с такого рода публикой, тем больше он отстранялся от настоящих читателей, которых у него к концу жизни было уже очень много.

Для него русские были «родными», но народ прежде всего состоит из мещан, и партия, которую он хотел создать, неизбежно была бы партией мещанской. Я не очень знаком с работами Крылова по политике и политологии, поэтому не знаю, имел ли он адекватное представление о железным законе Михельса, и насколько он понимал ГЛАВНЫЙ вывод из этой теории. Главный вывод там это конечная фаза перерождения любой партии: к власти неизбежно приходят посредственности и чужаки. То есть если создать русскую национальную партию, она через энное количество лет будет управляться курдами, не имеющими высшего образования. Это ЗАКОН.

Это означает, что любая партия или социальное объединение есть ловушка и фикция. Похоже на прыжки с мешком вместо парашюта. «Парашют» здесь – система иерархических структур, на ветвях которой вырастают плодовые тела партий. Если такой иерархии нет, все рушится. Единственная форма публичного выступления руководства в партийной аудитории это театрализованная постановка, зал должен состоять из статистов с флажками и воздушными шариками. Много смеялись над съездами КПСС, но посмотрите на съезды республиканской и демократической партии Америки – там все ХУЖЕ. И наоборот, если вы видите настоящие партийные дебаты, значит, вы видите не партию, а ее специализированное подразделение – если повезет, секретное.

Иными словами, убеждать людей тут не в чем, потому что никаких людей и нет. Крылов тратил уйму времени на беседы с «простыми людьми», то есть на деятельность, которая была ему – интеллектуалу и творцу – не только не по рангу, а ее не было вообще.

У меня был знакомый, который на заре интернета решил вывесить на своем сайте 86-томный Брокгауз и Ефрон. Он стал его набивать вручную – тогда не было даже нормальных сканеров. Мои скромные возражения он отметал:

— Ничего, потихонечку. Я упрямый. А люди будут благодарны.

Напечатал так статей 50.

Есть такой жежист – Обогуев. Я о нем уже писал. Он заявил, что я страшно завидовал Крылову, а потом не выдержал и его убил. Это моя вторая жертва после искалеченной дочери Холмогорова. Мысль озаглавил так: «Моцарт и Сальери». Этот Обогуев общался с Крыловым лет двадцать, и Константин его разгулял до какой-то абсолютной потери человеческого облика.

Кто это такой? Писатель? – нет. Художник? – нет. Журналист, историк, философ, богослов? – нет и нет. Кто это? Это никто. Ничтожество в самом точном значении этого слова. А ты кто? – Я вчера съел 400 грамм любительской колбасы. Вот этот Обогуев лет двадцать грузил Крылова идиотскими вопросами: «Груша фрукт или как? А бог есть? Почему?» И бедный Крылов ему отвечал. И некому было остановить скотину и дать подзатыльник, чтобы грушеед летел три лестничных пролета и имя Крылова забыл. На кого тратил время Константин? На человека с синдромом Аспергера, который и речь-то понимает через пень колоду – вы иронизируете, он отвечает всерьез, отвечаете всерьез, он обижается, что высмеиваете. У него нет семьи, нет друзей, он живет в изоляции и по 10 часов в сутки торчит в ЖЖ. Много лет.

Кто это, фантастический негодяй? Конечно, нет. Сумасшедший – ну чо-то е, но бывает хуже. МНОГО хуже. Это просто тупой мещанин. Который просунул свое мурло в щель странного периода формирования электронного общения, и теперь как клещ в янтаре будет жить здесь вечно. Костю вот жалко. До последних дней он растравлял себя полемикой в фейсбуке, очень переживал что «в интернете кто-то не прав», огорчался. Не мог об этом не думать. И подготовил все для того, чтобы выйти в эфир ютуба. Прямо вот еще месяц и вся эта «блогосфера» ушла бы на задний план. И тут умер. Константин конечно легко бы собрал донат и для текущих нужд семьи и на достойную публикацию своих книг, а главное стал бы лучше себя чувствовать, у него бы гора с плеч свалилась. Все эти грушееды заткнулись бы навсегда, а вместо них появились сотни активных благожелательных читателей-патреонов. А потом конечно тысячи – аудитория у Константина была бы гораздо больше моей. Все это будет и так, жалко только вот что Костя не дожил.

1 июня 2020

цинк


Жизнь и судьба (окончание)

Крылов родился, вырос и жил в мещанской среде. Мещанкой была его мать, — а отца у него не было, — он ходил в школу, где учились дети мещан, мещанами же там были учителя. Философский факультет МГУ, который закончил Константин, был факультетом мещанских наук и состоял из ограниченных тупиц, ненавидящих университет и сам тип студенческой жизни. Не случайно в нулевых придумали премию «золотой член» и стали её (его – предмет был сделан в виде фаллоимитатора) раздавать отечественным философам. Это как же надо ненавидеть научное знание и людей науки! Из мещан, часто густопсовых, состоял круг общения Крылова за пределами бытовой жизни.

Талантливые люди очень часто рождаются в талантливой среде – интеллект и душевные качества передаются по наследству. Но люди с исключительными способностями рождаются, где придется, их очень мало. Это не закономерность, а флуктуация. У Константина был светлый ум, потенциально, а затем и на деле он превосходил свое окружение на два порядка. Но он никогда не выделял себя из среды и тем более этой среде себя не противопоставлял. А она его мучила, и с каждым годом все больше и больше.

Мне в молодости пришлось еще хуже – я вырос не просто среди мещан, а среди мещан озверевших, а после школы работал рабочим. Но именно поэтому я очень рано понял, где я, а где «они». И всю жизнь относился к «ним» так, как они того заслуживают. В 18 лет я придумал себе «правило ста слов», меня этому никто не учил, я додумался сам. Я каждый день произносил не более ста слов, и каждое свое слово считал. Меня невозможно было обвинить в бойкоте:

— Дим, а чего ты не говоришь с нами? – Говорю. (11) – Ну, говоришь, но мало. – По делу. (12) – Ты вопросов не задаешь. – Задаю, по работе. (14)

Вот так. И на работе, и дома. Годами.

Среда, в которой жил Крылов, бесила его все больше и больше, но он никогда себя от нее не отделял и, следовательно, нравился себе все меньше и меньше. Я схватился за голову, когда просмотрел его «Фашистскую диету» — ироничную, но вполне реальную книгу советов о переходе к здоровому образу жизни. Как же надо себя ненавидеть и не уважать, чтобы написать такое. Он там начинает с длинных рассуждений об экскрементах и червях, а потом описывает какое-то мучительство, призванное всего-навсего нормализовать вес. Всю эту машинерию автор испытал на себе, действительно похудел-помолодел, но очень быстро (как это всегда бывает в подобных обстоятельствах) вернулся к исходному состоянию, то есть закрепил низкую самооценку. Конечно, «диета» еще больше расшатала здоровье Крылова и спровоцировала диабет, а затем одно из следствий этой болезни — кровоизлияние в мозг.

Неуважением к автору пронизан и «Буратино», там много сарказма по отношению к окружающей его жизни, но порнография это наказание самому себе. Не надо эти фрагменты печатать, так же как не надо было Крылову давать гробить свое здоровье суицидальной диетой. Любой психолог скажет, что диета Крылова это латентный суицид, и психологическое состояние её автора вызывает серьезную тревогу. Не случайно «Фашистская диета» заинтересовала ненавидящего русскую культуру (а, следовательно, из-за величины объекта культуру вообще) Глеба Павловского. Он эту книгу с удовольствием опубликовал.

Я писал, что последнее время Крылов из-за популярности своих книг был счастливым человеком. Это так, но успех в позднем возрасте сильно бьет по психике. Его надо пережить, так же, как переживают стрессы. Прошлая жизнь девальвируется, и человек отчетливо видит, в каком тусклом мире он жил раньше. Ко мне успех пришел в 30 лет. Мне это казалось очень поздно, и это было очень поздно. Чтобы обрести полное душевное спокойствие, мне (человеку с железными нервами) потребовалось 12 лет.

Константин любил рассуждать о пользе злобы и злопамятности и даже пытался воспитывать эти качества в русском народе, «как бы намекая», что уж сам-то он настоящий гений злобы, коварства и расчетливой жестокости. При этом в жизни он был простодушным, добрым и удивительно наивным человеком с очень заниженной самооценкой. Конечно, он мог вывести своего обидчика в виде персонажа «Буратино», и сделать это, используя палитру Рабле, то есть, кроме всего прочего, грубо. Но представить, чтобы Крылов вредил человеку в реале, вредил сознательно… Абсурд. Его «антиальтруистические» сентенции это все та же «фашистская диета», направленная на себя – на несчастного одиночку, задыхающегося в мире мещанской тупости. Ненависть Крылова была направлена на самого себя, он сознательно искажал и уничижал свой образ, мстя себе за слабость, одиночество и… мещанство.

Мещанин это по определению существо среднего возраста. В юности все люди смотрят на звездное небо и пишут стихи, другое дело, что воспоминания об этом потом у многих вызывают раздражение и смущение — как у чеховского Ионыча. В старости, перед неизбежным концом человек часто задумывается о смысле прожитой жизни, что тоже поднимает его над горизонтом обыденности.

До этого периода Крылов не дожил, но мещанином перестал быть давно. У него была жизненная задача, что само по себе отличает человека от обывателя, но цель, которой он длительное время посвящал все свои усилия, была ложной. Любая националистическая партия есть по определению партия обывателей. Как говорили в начале прошлого века: «лавочники» — ну вот так оно и есть. К лавочникам примыкают попутчики, всякие маринетти. Для ради важности лидеры из простых (Муссолини, Гитлер) любят цитировать шопенгауэров. А в общем — пивная.

Когда человек рождается, ему хочется помочь. Акушеры помогают, но это схватка с вечностью, которую человек ведет в одиночестве – роженица и ее малыш. То же касается развития индивидуального сознания и формирования личности. Сейчас думаешь, что можно было сделать то и это, помочь Константину. Но помочь ему было нельзя. Свой путь он должен был пройти сам. И он его прошел.

Пройдет время, ошибки и заблуждения Крылова будут восприниматься неизбежными этапами духовного становления – не только его лично, но и его поколения. Этих ошибок было очень много. Но он шел верным путем и он многое сделал.

Кошачий концерт после его смерти это прощальный салют перегоревшей лампочки ЖЖ. Это не потревожило и не потревожит никогда его память. Падаль, которая его окружала – истлеет. О ней будут помнить только в связи с элементами биографии Константина Анатольевича Крылова – русского писателя, философа, публициста.

Прощай, Константин. Еще недавно я шутил – вот в энциклопедии пишут, что я писатель, а какой я писатель, за свою жизнь ни с одним писателем даже не разговаривал.

А теперь оказалось, что одного писателя я видел, и мы общались довольно тесно. Теперь его нет.

Наверное, это все что я сейчас хотел бы сказать по поводу Константина Крылова.

Желаю душевного спокойствия и мира его вдове и детям, хорошо, что есть кому заботиться об авторском архиве и посмертной публикации книг.

1 июня 2020

цинк




Встреча-интервью
Константина Крылова и Дмитрия Галковского.

началоокончание

Recommended articles