Виктор Мараховский — гигантские гульфики прекариата

Минутка больших белых кроссовок.

Одна из самых пронзительных фраз позднего средневековья принадлежит императору Максимилиану I, объяснявшему, почему расходный материал его эпохи — наемники-ландскнехты — освобождены от «сумптуарных», направленных против роскоши, законов.

— Жизнь их так коротка и печальна, что шикарная одежда — одна из их немногих радостей, и я не собираюсь отнимать её у них.

Ландскнехты, набиравшиеся по большей части из нижних слоёв общества, были освобождены от ограничений для подлого сословия — и поэтому одевались как фисташковые торты с кремом. Нашему современнику их гигантские гульфики и шляпы, способные влюбить в себя без памяти страусиху, могут показаться смешными — но на деле это был признак трагической личности, обречённой на скорую и болезненную смерть.

Эти вояки зарабатывали много по меркам своих сословий, но были вырваны из быта, предполагающего постепенное обогащение и культивирование семейных гнезд. Некоторые оптимисты, конечно, полагались на «заработаю и подам в отставку», но статистика говорила им ясно: скорее всего ты сдохнешь раньше, чем возьмёшь мельницу в ипотеку в родном Хундешвайне. Поэтому большинство оставалось холостыми, тратились на современные девайсы и передвижных секс-работниц, а игру на бинарных опционах им заменяла игра в кости.

В отличие от элит, обсевших высшие ветви социального баобаба, для которых роскошь была подтверждением чести и могущества — этих ребят роскошь маркировала как «тех, кого не жалко».

Это была роскошь странного типа, говорившая о своём владельце:

— Да, он всего лишь ходячая аппаратура. От него не будет потомства, он не создаст предприятия или банкирского дома. Он желает выглядеть как маркиз — в перерывах между изнашивающей и опасной работой, между недосыпом в грязи и недорогой гибелью за чьи-то взрослые прибыли. Но прямо сейчас — он купит у вас белые дутые кроссовки за штуку баксов, отнеситесь с пониманием к его нехитрым амбициям.

…Кажется, это был один из ранних вариантов того, что в современности называется «прекариатом». Наш сегодняшний вариант этого класса куда разнообразней: чтобы в него попасть, не нужно непременно испытывать тяготы и даже быть мужчиной. Достаточно просто сочетать золочёный гульфик с голым тылом, иметь на жизнь спринтерские планы, выражающиеся глаголами «вписаться и поднять», избегать скучных отягощений в виде ячеек общества, покупать в магните водку и сок, стоя в дутых сникерсах им. Марти Макфлая по цене полутора своих зарплат —

— и быть одним из тех, кого не жалко.

ссылка

Recommended articles